Онлайн книга «Ленин. Личная жизнь гения»
|
Недолго думая, садимся на велосипеды и едем в санаторий, находившийся в четырех-пяти километрах от Закопане. Длуский принял нас очень любезно. Он был рад случаю познакомиться с Владимиром Ильичом, не колеблясь согласился поручиться за него перед старостой (уездным начальником) Нового Тарга и надеялся быстро уладить дело, если… если оно не передано еще военным властям. Добравшись благополучно до Поронина, мы распрощались. Владимир Ильич поехал к товарищам, чтобы предупредить их о происшедшем и обсудить дальнейшие шаги, а я направился к писателю Каспровичу заручиться и его поддержкой. История с Владимиром Ильичом очень его взволновала. Он сказал, что, конечно, охотно поговорит со старостой, но к военным инстанциям обращаться не может: жена его русская, притом дочь генерала, и поэтому вся его семья находится под подозрением у военных властей. На другой день Владимир Ильич поехал в Новый Тарг, где его арестовали, так как дело уже было передано военным властям. Наши закопанские друзья ничем теперь не могли помочь. Надежда Константиновна и другие товарищи послали ряд телеграмм социалистическим депутатам парламента: в Краков Мареку, во Львов Диаманду, в Вену Виктору Адлеру. Это подействовало. Дней через десять из Вены пришло распоряжение об освобождении Владимира Ильича. В Вене потом ходили слухи о разговоре Адлера с австрийским премьер-министром. Тот задал ему вопрос: — А вы вполне уверены, что Ленин – действительно враг русского царя? На это Адлер ответил: — Наверно, более непримиримый, чем вы, ваше превосходительство. Владимир Ильич получил разрешение поехать в Краков, а оттуда в Вену, где удалось добиться разрешения на выезд в Швейцарию. Спустя несколько недель и я покинул ставший теперь негостеприимным Поронин и вместе с семьей Ф. Я. Кона поехал в Вену. Там при посредничестве депутатов парламента Элленбогена и Виктора Адлера я также получил разрешение на выезд из Австрии и в декабре приехал в Цюрих. Владимир Ильич в это время жил в Берне. Он прибыл туда с Надеждой Константиновной 23 августа (5 сентября) 1914 года, а день спустя за городом, в лесу, собралась местная группа большевиков и, заслушав доклад В. И. Ленина, приняла его исторические “Тезисы о войне”. Чем большее влияние имел Ленин среди революционеров, тем непримиримее он относился к своим оппонентам. “Под нож” шли все, кто был хоть немного с ним не согласен. Так, он писал Вячеславу Карпинскому, человеку, который его боготворил и, работая в большевистских газетах, обращался к своему вождю за советом по любым пустякам: “Очень рад, что Вы не сочувствуете «Современнику»: это поганое предприятие блока двух сволочей, ликвидаторов и народников, мы будем ругать жестоко”. Это далеко не самые грубые выражения, которые имелись в запасе у Ленина. А тем временем журнал “Современник” в то время имел огромный успех среди революционно настроенной части общества, особенно среди молодежи. Но “вина” его была в том, что он не был столь “радикальным”, как этого хотелось Ленину». Борьба с меньшевиками не прекращалась ни на один день. Иногда, как в истории с партийными деньгами, на которые содержался Ленин вместе со своей женой и тещей, дело доходило до суда. Вот что об этом рассказывал большевистский академик Владимир Адоратский: |