Онлайн книга «Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы»
|
Спустя более чем поколение после того, как последние фруктовые деревья были снесены бульдозерами, чтобы освободить место для строительства домов в долинах Сан-Фернандо и Сан-Габриэль, долина реки Санта-Клара все еще выглядит так же, как и до 1940 года. Здесь формальная упорядоченность фруктовых садов компенсирует природную угловатость осадочных холмов. Цитрусовые городки Пиру, Филлмор и Санта-Паула поначалу покажутся закаленному гиперреальностью туристу декорациями к фильмам или ностальгическими тематическими парками с приевшимся шармом картин Нормана Рокуэлла[174]. Здесь нет ни мини-маркетов, ни череды ресторанов фастфуда, только тихие главные улицы со старомодными магазинами, фонтанчиками с газировкой и городским кинотеатром. Потрясает осознание того, что на самом деле это настоящие города, где живут владельцы фруктовых садов и их мексиканские рабочие, а не просто искусные симуляции, созданные для удовольствия туристов. Пожалуй, больше всего обескураживает Камулос, некогда поместье семьи Дель Валле, где Хелен Хант Джексон зимой 1882 года работала над созданием декораций и сюжета своего знаменитого романа «Рамона». Хотя семьи Дель Валле давно уже нет, это ранчо с рядами апельсиновых деревьев, склоняющихся к реке Санта-Клара, до сих пор работает и почти неотличимо от своего изображения на почтовых открытках начала века. Кроме телевизионной антенны на здании ранчо, самым ярким воплощением современности здесь служит «плоскоголовый» пикапFord1949 года выпуска. Разумеется, этот живописный пейзаж скрывает долгую историю патерналистской эксплуатации, социальной сегрегации и трудовых конфликтов в цитрусовой промышленности. («Репрессивное общество и богатые живописные сельские районы, – как отмечает географ И-Фу Туан, – вполне совместимы».)[175] И все же некоторых посетителей поражает даже больше, чем удивительная живучесть несимулированного прошлого в долине, то, что на большинстве почтовых ящиков перед аккуратными викторианскими коттеджами и бунгало 1920‑х годов трафаретом выведены фамилии вроде Гонсалес и Эрнандес. То, что такой роскошный уголок так близко от Лос-Анджелеса до сих пор не поглощен особняками за миллионы долларов, закрытыми коттеджными поселками, антикварными пассажами и белыми беженцами из города, безусловно, примечательно. Сама красота долины не может не натолкнуть на мысли о практически полном исчезновении подобных пейзажей в других районах урбанизированной Южной Калифорнии. Когда-то миллионы приезжих привлекало в агломерацию Лос-Анджелеса обещание домов и фруктовых садов, утопающих в солнечном свете у подножия заснеженных гор. Открытки и этикетки на ящиках апельсинов десятилетиями рекламировали этот идиллический образ всему миру, и в отличие от многого другого, связанного с этим регионом, он не был полной фальшивкой. Даже в конце Второй мировой войны Большой Лос-Анджелес все еще обладал бесценным пейзажным капиталом, а также убедительными, хотя и утопическими представлениями о том, что город все еще может использовать свои открытые пространства, чтобы стать более красивым и более эгалитарным. Что же произошло? Почему долина реки Санта-Клара стала последним пристанищем самой знаменитой южнокалифорнийской мечты? ![]() Машина времени: долина реки Санта-Клара (1995) |
![Иллюстрация к книге — Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы [book-illustration-14.webp] Иллюстрация к книге — Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы [book-illustration-14.webp]](img/book_covers/141/141066/book-illustration-14.webp)