Онлайн книга «Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы»
|
Если Нортридж был маломасштабным пробным испытанием предполагаемого «прямого удара», то Лос-Анджелес с треском провалил его. Инженерные изыскания после землетрясения выявили множество потенциально фатальных недостатков в хрупкой южнокалифорнийской архитектуре мечты – от дефектных сварных швов в новом небоскребе Транспортного управления города, возвышающемся над вокзалом Union Station, до недостающей стены жесткости в доме мечты среднего класса на тихой улочке. Однако когда смета расходов на жизненно важный ремонт взлетела до миллиардов, тему закрыли. Несмотря на мрачное напоминание из Кобе, общественное обсуждение реформы сейсмической безопасности сошло на нет в 1995 году, поскольку лоббисты упорствовали, а политики переключились на обсуждение более радостных тем. В Сакраменто, где губернаторы-республиканцы в последние годы наложили вето на десятки антисейсмических мер, долгожданный отчет по Нортриджу от Комиссии по сейсмической безопасности штата оказался компендиумом трусости. После ожесточенных внутренних дебатов, из‑за которых публикация документа была отложена на шесть месяцев, большинство членов комиссии решили не принимать никаких мер в отношении рисков, связанных со стальными каркасными конструкциями (рекомендовалось провести дополнительные исследования), и установили фактически бессмысленный 25-летний срок для приведения зданий в соответствие с местными нормами сейсмоустойчивости. Если уж на то пошло, отчет фактически снял все оставшееся чувство кризиса. В Лос-Анджелесе мэр Ричард Риордан был слишком занят, изображая из себя светоч оптимизма после беспорядков и Нортриджа («Лос-Анджелес вернулся!»), чтобы беспокоиться об опасностях сборного железобетона или слепых надвигов. Более того, масштабная реконструкция убирала осязаемые доказательства катастрофы. Какое землетрясение? В Южной Калифорнии мы хороним наших мертвецов, а затем забываем. 8. Политические афтершоки Сначала землетрясение, потом катастрофа. Амнезия катастроф – это роскошь, субсидируемая федеральным правительством. Ревнители развития Лос-Анджелеса не смогли бы столь легко позабыть землетрясение в Нортридже, если бы Долина все еще была полна разрушенными землетрясениями городами-призраками, пустырями, заброшенными предприятиями и тысячами оставшихся без крова жителей. Сегодня здесь почти наверняка был бы мрачный пейзаж, если бы координация и финансирование восстановительных работ легли бы исключительно на плечи губернатора в Сакраменто. Собрав похвалы избирателей за открытие автострады Санта-Моника в рекордные сроки (на федеральные деньги), губернатор Пит Уилсон отвернулся от Лос-Анджелеса. Напомнив жертвам Нортриджа, что «помощь – это не право», он отменил важную программу жилищной помощи и заблокировал принятие дополнительного налога с продаж в размере 0,25 процента на помощь пострадавшим от землетрясения. После того как программа облигационного финансирования штата на ликвидацию последствий землетрясения провалилась, Уилсон удивил федеральные власти, заставив город Лос-Анджелес[152] одолжить штату деньги для выплаты его небольшой доли помощи[153]. Однако решение губернатора Уилсона поиграть в Скруджа позволило президенту Клинтону выступить в роли Санта-Клауса для пострадавших домовладельцев в округах Долины и северного округа Лос-Анджелес с большим количеством избирателей. Администрация Клинтона, в которой тогда было полно влиятельных воротил из Южной Калифорнии, таких как Уоррен Кристофер и Микки Кантер, побила все рекорды по скорости предоставления Лос-Анджелесу 13 миллиардов долларов на ликвидацию последствий землетрясения. Отложив в сторону поправку к Закону о ликвидации последствий стихийных бедствий 1974 года, которая требовала от региональных и местных органов власти оплачивать 25 процентов всех расходов на восстановление, Белый дом благородно взял на себя 90 процентов расходов[154]. Это резко контрастировало не только с доброжелательным безразличием администрации Буша-старшего к Южному Лос-Анджелесу после беспорядков 1992 года, но и с ее относительно скупыми усилиями во Флориде после урагана Эндрю в августе 1992 года. |