Онлайн книга «Последний шанс империи»
|
— Ты понял, что она с тобой сделает, если молчать будешь? Тот, бледный как полотно, в ответ лишь головой закивал. А Виталий, усмехнувшись, куда-то повёл его, сказав нам, что на допрос. Я еще попыталась выклянчить пару минут для общения, но Угрюмый мне и этого не дал. Правда, пообещал, что если тот станет молчать, отдаст. И не на пару минут, а на два часа. Но, скорее всего, опять чтоб напугать гада. А когда я настаивать стала, покосился сурово и сказал: — Я тебя убивать учил – это верно, а вот казнить… – и потащил его за собой в лес. Подумаешь, какой чистоплюй выискался! Хромой чёрт! Можно подумать, убивать и казнить – не одно и тоже. Да и Машка хороша. Нет, чтоб меня поддержать, а она на сторону Угрюмого встала. Ещё и удерживала, когда я следом за ними бросилась. Ой, как обидно! Сказала я ей кое-что ласковое. И не пару слов – много больше. Сказала и пожалела. Спохватилась, язык прикусив, да поздно. Пока мы Гришу перевязывали, да в избе порядок наводили, ругала себя нещадно. Понятно, такого она мне никогда не простит. Получается, мы с ней хоть и по-прежнему в одной лодке, да по разным бортам разбежались. Теперь нам точно на середине не сойтись. Сижу у крылечка на скамеечке, ругаю себя на чём свет стоит, а тут и она нарисовалась. Думала, отношения выяснять пришла, а она как ни в чем не бывало: — Ну, угомонилась? Поняла, что Виталий прав? Молчу, но кивнуть себя заставила. Так, еле-еле. Хорошо, она заметила. — Вот и правильно… Людмила. Надо же, и имя моё настоящее не забыла. Аж чудно. А ведь сколько лет миновало. Дальше сидим. Она снежок лепит. Руки синие от холода, а она всё лепит. И вдруг с улыбкой заявляет: — А ведь я его в тот же день от себя прогнала, когда он с цветами пришёл, чтоб с победой поздравить, – и усмехается эдак грустно. – А этот балбес так и не понял, что он, помимо тебя, ещё и меня унизил. Что за радость от такой победы, если знаешь, что она краденая? Ну ничего себе! Эх, кабы мне раньше знать!.. Хотя откуда – я ж её и слушать не хотела, а она не навязывалась. Получается, я и тут дура дурой. Так и убила б себя. Надо ж, какой злюкой уродилась! — И не жалко было? – откликнулась я. — Да он мне и раньше не особо нравился. Поговорить не о чем, и губы всегда мокрые. Дурак слюнявый. Тогда-то я и разревелась. Это меня её «слюнявый дурак» добил. Всего от неё ожидала, но таких слов… Никогда и ни у кого в жизни прощения не просила, даже если неправа была, а перед нею покаялась. Сижу, реву, а она меня обняла и по голове гладит. Мол, ничего, пройдёт. Даже песенку колыбельную какую-то напела. А у меня от неё слезы ещё пуще – это ж мамина. Совпадение? Кто бы спорил. Не так уж много хороших колыбельных песен. Запросто одна и та же двум людям понравиться могла. Только я не о том думала – о другом. Чудно мир устроен. Получается, не было счастья, да несчастье помогло. Свезло мне с компанией. Никогда не везло, а тут выпала удача. Три напарника и все три – какие надо. Точнее, нет – двое нормальных, хоть и мужики, а одна вообще молодчина. Да ещё успела парадоксам жизни подивиться. Сказал бы кто неделю назад, что мою подругу будут звать… Лайма Ульманис, в глаза бы плюнула. Ну и хохотала бы над ним. До-олго. А оно видишь как получилось… Одно плохо – недолго длилась моя радость. Всего-то пару часов. А потом пришёл Виталий и выдал нам такое, что хоть стой, хоть падай… |