Онлайн книга «Преддверие I»
|
А какое, собственно, мне до них дело? Сетвин пьёт со мной по-прежнему, Мезиа мне поверил, герцог Навский давно подозревает, что я чудовище, но его это не смущает, лишь бы я его не трогал. Эска безумна, а Альфина просто не существует! До вечера я закрылся у себя и велел телохранителям никого ко мне не пускать, кроме короля. Усилием воли я заставил себя отвлечься от всех своих эмоций и сосредоточился только на воспоминаниях. Если эта Смерть в кресле мне не приснилась, то я должен понять, кто же я на самом деле и что от меня требовалось! Ведь что-то от меня нужно было тому, кто правит этим миром, Бог он там или вселенский разум. Я орудие, мне слишком много дано: абсолютное здоровье, сила, память, выносливость, удивительная живучесть, красота и та самая порядочность, которая мешает мне жить. Я не могу убивать, я не могу обманывать и обсчитывать, какая-то сила мешает преследовать свою собственную выгоду и пуститься во все тяжкие… Впрочем, обо всём этом надо говорить уже в прошедшем времени, так было задумано, так и было, пока я не попал во дворец. Я изменился. Я зол, я груб, я пью и не знаю меры, я насилую женщин и пристаю к мальчишкам, я изменяю своей больной жене, я вступаю в заговор против короля, я жажду власти и мщения, я чуть ли не некрофил, и я готов убить кого угодно. Сумерки спустились быстро, тоскливо запел рожок во флигеле, я вышел на балкон, погружаясь в весеннюю прохладу, как в очистительный источник, в синем вечернем небе ярко горела одинокая Венера, заблудшая в созвездие Весов. Одинокая, яркая и непогрешимая. «Горит. Одна. Как будто ненароком, Как будто не прекрасна и чиста, Как будто безымянная звезда И никогда не будет мне упрёком», — вспомнил я и понял, что случайностей не бывает. Во всяком случае, тогда, когда вступаешь в роковую колею. — Ты не замёрзнешь? Король стоял в дверях, зябко ёжась и глядя на меня с нежностью и заботой. — Что мне станется! – усмехнулся я. — Пойдём, – сказал он торжественно. Я глотнул напоследок морозного воздуха и отправился вслед за ним. Мы прошли в его покои. Я сбился со счёта дверей, пока мы оказались в небольшой полупустой комнатке, обитой светло-зелёным шёлком. Дверь была массивная и запиралась изнутри на мощную щеколду. Перед столом стояло кресло. На столе – большое прямоугольное зеркало и больше ничего. Король сел в кресло, я встал у него за спиной. — Теперь думай, – приказал он, – думай о той, которую хочешь. Таких не было в природе. Да мне и не хотелось самому выбирать жертву. — Лучше вы сами, – сказал я. — Хорошо. Смотри внимательно. Постепенно в зеркале появилось незнакомое приятное лицо белокурой девушки, сначала оно было расплывчато, потом обрело чёткость. Жуткая тишина была в комнате, и мне показалось, что даже воздух стал твёрдым, так я окаменел от напряжения. — Надо очень хорошо представить, – комментировал король, – видишь как? — Вижу, – пробормотал я. — А теперь самое трудное. Он дотронулся до стекла пальцем. Изображение исчезло, зато появилось нечто, заставившее меня вздрогнуть. Я едва удержался, чтобы не вскрикнуть. Передо мной была моя радужная пластинка. Только многократно увеличенная и переливающаяся всеми немыслимыми цветами. Это было безумно красиво, непостижимо и зловеще. — Теперь запоминай последовательность цветов, – сказал король, – синий, чёрный, два раза лиловый, снова чёрный… |