Онлайн книга «Наследница шрамов»
|
Холод здесь такой, что я рада своему пальто. Медленно вожу фонариком по подвалу, словно режу ножом темноту. В луче света кружатся пылинки. Стены – просто слежавшаяся земля, из которой, словно оголенные нервы, торчат корни. Шагаю вперед, борясь с толстой паутиной, и меня охватывает страх. Посреди подвала возвышается внушительный деревянный столб, тщательно вырезанная фигура Фрейи. По словам Аммы, богиня была красавицей со светлыми волосами, ниспадающими до босых ног, и с нежным лицом в форме сердечка. В отличие от статуи в церкви, эта Фрейя внушает ужас строгими линиями и острыми краями. Глаза богини пусты, руки протянуты, словно деревянный выступ, на котором что-то лежит. Кажется, это кинжал в ножнах. «Подарок прими от Фрейи». Я беру его, и перед глазами мелькает образ – большие мозолистые руки протягивают мне кинжал, и я принимаю его, как дорогой подарок. Моргаю, и реальность возвращается, статуя Фрейи все так же смотрит на меня. Что это? Неужели у меня галлюцинации? Как тогда, когда я увидела Амму в лесу… Может, я схожу с ума? Отбрасываю тревожную мысль и тщательно осматриваю кинжал. Он тяжелее, чем я ожидала, но рукоять идеально ложится в руку, завитки покрывают древесину, словно переплетенные виноградные лозы. Снимаю ножны, обнажая блестящий клинок, заточенный с одной стороны. В отличие от кухонных ножей, он похож на смертоносное оружие. Верно. Фрейя – не только красавица-богиня любви и света. Она также суровая покровительница сражений и смерти. На лезвии выгравированы руны: «Скага». Имя девушки из моего сна. По словам Аммы, она наша прародительница. Меня снова охватывает дрожь. Откуда он у Аммы? Она сказала, что в Тиведене мне нужна защита Фрейи. Она имела в виду оружие? Меня переполняют дурные предчувствия. Убираю кинжал в ножны и засовываю в карман пальто. На всякий случай. Амма упомянула о наследстве. Я продолжаю искать, но вижу лишь железные прутья и большие деревянные бочки. Вероятно, хранилище. Противоположная сторона подвала скрыта за стеной паутины. Затаив дыхание, я отбрасываю ее. Фонарик освещает сырую каменную стену, покрытую росписью с тремя отчетливыми сценами. Слева на камне нарисованы деревья, их корни извиваются, как змеи. В лесу стоит одинокая фигура. Лицо стерто, нет никаких опознавательных черт, лишь длинный плащ, что собрался у ног складками. Над ней рунами выведено имя: «Сорен». На другой стороне мурала изображена девушка в длинном платье, она удаляется от дома к лесу. Крыша дома остроугольная, он напоминает наш. Да и девушка кажется знакомой. Я подхожу ближе, чтобы рассмотреть ее лицо. И понимаю, что мы похожи – тот же острый подбородок и курносый нос. Даже нарисованные глаза совсем как мои. У меня перехватывает дыхание. В руке она сжимает кинжал, такой же, как у меня в кармане. Это, наверное, Скага. Ну не я же, это невозможно. В центре мурала – обе фигуры держатся за руки. За спиной Сорена – лес, за спиной Скаги – дом. Над ними длинная цепочка рун. Мне хватает минуты, чтобы перевести надпись: «Кровавую клятву разрушать нельзя». Провожу пальцем по мокрому камню, и по рукам бегут мурашки. Что за «кровавая клятва»? Я снова и снова читаю руны, пытаясь свести концы с концами, понять смысл того, что вижу, но ничего не получается. В своих рассказах и уроках Амма никогда не упоминала клятву. |