Онлайн книга «Восход над деревом гинкго»
|
— Кажется, разрешения нам всё же не дали, – пискнула Кёко и схватила Мико за руку. – Бежим! Они сорвались с места, а скелет в ответ оглушительно взревел. Мико зажала свободной ладонью ухо, рассеянно отмечая, что, вообще-то, скелетам реветь не положено, но их врага это нисколько не смущало. Подняв с земли огромную кость, скелет ударил ею по стене над головой Мико, сбивая кристаллы и засыпая её каменной крошкой. Они побежали быстрее настолько, насколько позволяла сила человеческих ног. Но до лестницы они так и не добрались – костяное море всколыхнулось и рухнуло, погребя под собой незваных гостей. Воров в гробнице обезьян не любили. Глава 23. За спиной демона ![]() В тот день выпал первый в году снег. Семнадцатая зима в жизни Ханзо. По крайней мере, именно так утром сказал господин Хидэо. Императорская семья отбыла в храм, чтобы помолиться о благополучном завершении года. Шинокаге на священную землю не допускались, поэтому Ханзо оставили во дворце. Снег хрустел под ногами, когда Ханзо шагал в сад, а солнце светило так ярко, что сделалось больно глазам. На ровном белом ковре вилась одинокая цепочка маленьких следов. Ханзо коротко выдохнул – господин оказался прав. Несносная принцесса снова решила обвести всех вокруг пальца. Ханзо надеялся, что, когда ей подарят собственного Шинокаге, ему и господину Хидэо больше не придётся приглядывать за ней. Ханзо остановился в тени гинкго, наблюдая, как Сацуки карабкается по изогнутому стволу сосны, намереваясь сбежать из дворца. Утром она жаловалась на боли в животе и слёзно просила разрешения остаться. Теперь ясно почему. Сацуки кряхтела, перебираясь с ветки на ветку в неудобном кимоно. Ей пришлось подвернуть подол, и Ханзо мог видеть её тонкие белые лодыжки. Щёки под маской потеплели, и он отвернулся, недовольно нахмурившись. Вот глупая, замёрзнет ведь. Когда Сацуки перебралась через стену и тихо выругалась, дав понять, что приземлилась не очень удачно, Ханзо выждал десять ударов сердца и перемахнул через стену следом. Они проделывали этот ритуал почти каждый месяц. Сацуки сбегала из дворца, полностью уверенная, что осталась незамеченной, а Ханзо тенью следовал за ней, приглядывая издалека. Сацуки было запрещено покидать дворец, но господин Хидэо обо всём позаботился. Ханзо не знал, как ему удалось договориться со стражей и держать происходящее в секрете от отца. Возможно, дело было в том, что господина все очень любили. В конце концов, Ханзо тоже его любил, поэтому выполнял даже те приказы, которые выполнять не стоило. Например, следовать за сбежавшей из дворца принцессой и не говорить об этом императору. Хотя он обязан докладывать ему о подобном. Император – превыше всего. Всегда. Для всех. Но не для Ханзо. Наверно, с Ханзо уже тогда что-то было не так. Сацуки свернула в переулок и побежала вниз по узкой улочке – к рынку. Как всегда. Длинная рыночная улица, украшенная фонарями и наполненная голосами, – любимое место Сацуки после разве что берега реки, куда она всегда шла, закупившись едой. Она смотрела на рыбацкие лодки, наблюдала за цаплями и кормила уток. Летом, когда над рекой загорались фейерверки, Сацуки пропадала там до поздней ночи. Сацуки подлетела к прилавку с горячими пирожками и взяла сразу три штуки. Ела она много, совсем не как принцесса. По крайней мере, так всегда говорил господин Такаюки, когда им с господином Хидэо и Сацуки доводилось ужинать вместе. Сацуки его комментарии нисколько не смущали, напротив, она продолжала поглощать еду с ещё большим аппетитом. |
![Иллюстрация к книге — Восход над деревом гинкго [book-illustration-24.webp] Иллюстрация к книге — Восход над деревом гинкго [book-illustration-24.webp]](img/book_covers/141/141052/book-illustration-24.webp)