Онлайн книга «Ложь орхидеи»
|
— Меня куда больше заинтересовало исчезновение собак. Они-то куда подевались? Ни у меня, ни у него самого не было ни единой догадки. И вдруг он повернулся к стене темноты, простиравшейся до неба, и произнес вполголоса: – Paretur ad periculum. — Чего-чего? – переспросила я, невольно поежившись. Он не ответил, в последний раз перевернул мясо и объявил: — Готово! Мы втроем сидели за столом. Грета смотрела на меня так, будто я заняла чужое место. Мы с Альфредо, пытаясь развеять предгрозовое затишье, без умолку болтали обо всем, что приходило в голову, порой даже с набитым ртом. К концу ужина оба устали как собаки, а Грета по-прежнему сидела с кислой миной. Когда настало время ложиться спать, Альфредо проводил меня до порога своей бывшей спальни и сказал: — Спасибо, что не поехала в мотель. — Мясо было отличным, ради такого стоило остаться. Не произнеся больше ни слова, он развернулся и понуро зашагал прочь с видом человека, который только и делает, что перед всеми оправдывается, хотя в поведении дочери он вовсе не был виноват. Проходя мимо таинственной двери, он покосился на нее, после чего свернул на лестницу. Моя вторая ночь в этом доме тоже прошла беспокойно. Мысль о встрече лицом к лицу с Лоренцо проникла в мое подсознание. Я мерзла, ворочалась с боку на бок, в полусне искала теплое местечко и не находила. Словно подхватила непонятную лихорадку или сделалась одержимой. Тогда я еще этого не понимала, но именно так подспудно действовал на меня Назарет. Этот город был осквернен каким-то неведомым злом, и оно пыталось от меня избавиться. А если избавиться не выйдет, оно не позволит мне его покинуть. Я резко проснулась, сразу растворившись в темноте комнаты. На губах застыла фраза, пришедшая невесть откуда: – Paretur ad periculum. В переводе с латыни это означает «готовьтесь к опасности». И тут снаружи отчетливо донесся собачий лай. Я сразу вспомнила о пропавших овчарках Лоренцо. Возможно, они и теперь бродили в окрестностях Назарета, охраняя некие ужасные секреты. Собаки что-то видели, что-то знали. Paretur ad periculum. Я ни в чем не была уверена, кроме одного: теперь эти лающие демоны явились за мной. Часть четвертая Голос 1 За несколько дней мы трое немного притерлись друг к другу. У меня появились «свои» комнаты в доме: кабинет и спальня. Покурить я выходила на крыльцо или устраивалась у потушенного камина. Установился своеобразный распорядок дня. Альфредо запомнил, когда я обычно пью кофе, интересовался, чего мне хотелось бы на обед, а отправляясь в магазин, по дороге покупал для меня сигареты. Я же помогала с уборкой. Кажется, я слишком быстро привыкала к необычной для меня ситуации, что должно было бы встревожить: привычка превращалась в своего рода зависимость. Тоже, кстати, влияние Назарета. С другой стороны, и Альфредо не нашел в себе сил покинуть свой медвежий угол. Я, сама того не замечая, начала превращаться в местную. К загадочной двери на втором этаже я больше не приближалась. Никто не запрещал мне туда ходить, но я все равно старалась держаться от нее подальше именно потому, что меня туда подозрительно влекло. С Гретой все оставалось по-прежнему. При любой возможности она пыталась задеть меня и уколоть. Ее упорство восхищало. Лидия девчонку терпеть не могла, а вот Виктория Энтон уважала. В конце концов, мы с ней были похожи. |