Книга Наша родина как она есть, страница 75 – Петр Ильинский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Наша родина как она есть»

📃 Cтраница 75

Степан же, понимая правоту Харлампия и возможные последствия обвинения в богопротивных поступках – в первую очередь, для своей деловой репутации[81], – мыслей о художественной ретираде допускать не хотел, ибо, по-прежнему пылая местью, желал совершенно лишить работу заезжего мерзавца самой распоследней товарной стоимости, а также сделать ее полностью непригодной к общественному обозрению и употреблению.

После недолгого размышления торговец белилами решил не отступать от первоначального намерения и проучить наглеца на все сто. Но, приняв все же во внимание соображения острожного Харлампия, он, вместо того, чтобы попытаться в меру собственного таланта одеть картинную парочку в какие-то подобающие туалеты, деревенские или городские, намазал по золоту разных цветных квадратиков, прямоугольников, кружков и совершенно бессмысленных узоров. Мол, знай наших! – кто в Горичанию с кистью придет, тот, значит, по кистям и получит. Процесс этот затянул Стефана настолько, что он с тщанием предавался ему целую неделю и упустил две выгодные сделки по перевозке больших партий олифы из Моравии в Галицию. И только дав краскам хорошенько просохнуть, сияющий от счастья реваншист истребовал судебных исполнителей и под их эскортом торжественно привез исправленную картину в заведение пани Руженки, где при многочисленных свидетелях заставил ее расписаться в получении полотна усиленной стыдливости. Сам ополоумевший от горя художник был к тому моменту не в состоянии спуститься со своего чердака, а только выл оттуда уже слегка осипшим голосом, пребывая, по-видимому, в несколько расстроенных чувствах.

Рассудив, что теперь ничему не поможешь, долгов у постояльца больше нет, а ежели он сойдет с ума да навсегда останется жить под самой крышей, то это будет исключительно невыгодно с коммерческой точки зрения, пани Руженка отперла его комнату запасным ключом и предприняла решительные и оставшиеся навсегда неизвестными шаги по приведению незадачливого малевалы хоть в какое-нибудь чувство. Дня через три заметно похудевший и осунувшийся почти до костей художник покинул Трясиновку, чтобы, по его словам, больше никогда не возвращаться в это проклятое Аполлоном место[82].

Исправленную же Стефаном картину он по некотором раздумье приказал положить в багаж, сказав, по свидетельству Руженки, что при всем своем невыразимом уродстве и несравненном мерзовкусии эти узорчики наводят его на определенные мысли и что он знает еще один город, где вкусы зрителей столь же извращены, как и в этой дурной деревушке. Здесь он, конечно, хватанул. Со злобы, наверное. Не умеют все-таки некоторые люди брать ответственность за собственные поступки.

21. Горичания и время прогресса

Спустя некоторое время Руженка сдала тот же самый чердак тихому и приличному на вид городскому еврею в новой шляпе, отрекомендовавшемуся доктором. Правда, понять, от каких именно болезней он пользует, трясиновцам так и не удалось. Не то, чтобы врачеватель отвечал на прямые вопросы о своей специализации уклончиво, наоборот, он тут же пускался в очень подробные разъяснения, из которых, как это обычно с людьми медицинской профессии, нельзя было ничего понять. Но главная незадача состояла в том, что не успел сей тихий на вид господин вселиться в обитель пани Руженки, как она немедленно раскаялась в своем опрометчивом решении, хотя уже успела взять плату за все лето, которую жилец отсчитал ей с бесстрастной скрупулезностью, граничившей с меланхолией. Не раз и не два подумывала рассудительная хозяйка о том, чтобы вернуть чердачнику деньги (чего таить, необходимые для уже давно задуманного расширения летней веранды) и вышвырнуть этого доктора на все четыре стороны.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь