Онлайн книга «Наша родина как она есть»
|
Так или иначе, ни о чем, кроме Таблиц, Малк думать не мог. И однажды с трудом взгромоздил перед собой кусок камня и стал подготавливать его к работе. Одна сторона была уже зачищена и отполирована и, казалось, сама приманивала долото. И тут Старшина Квартала вспомнил, что много лет назад он так же готовился к наиважнейшему, как тогда казалось, из своих трудов. И в странной и неуверенной тайне выбивал на черной плите славословие богу Эн-Нуги. Дважды – Новыми Знаками и Знаками Письма Ушедшего Времени. Так и лежат те надписи в дальнем углу мастерской, заваленные накопившимся за года мусором. И вдруг, ни о чем толком не подумав, и ничего не решив, Малк снова установил резец по середине камня и начал вырезать длинную и ровную черту, делившую поверхность почти на две равные части. Неожиданно у него закружилась голова. Малк остановился в ужасе и понял, что на какой-то момент он перестал дышать. Потом Старшина услышал свое сердце – оно билось напряженно и осторожно. Первым делом Малк все-таки уговорил себя вырезать какие-то Законы так, как это и надлежало – с помощью Новообретенной Записи. (Он по-прежнему называл ее про себя по старинке, хотя к нынешнему времени о Старом и Новом Письме помнили очень немногие). Но Дважды Отличенный выполнил этот урок как-то наспех и не самым лучшим образом. Малк не обманывал себя – он знал, чего ему хочется больше всего. И наконец этот день настал. Теперь, как и в стародавние годы, Малк просыпался с рассветом, выходил из-под своего навеса лишь в часы приема пищи и отрывался от работы только тогда, когда переставал видеть свои пальцы, покрытые многочисленными шрамами, жилистые и твердые, почти неотличимые от того камня, что они мяли, резали, гладили и берегли. Сначала Малк переписывал Таблицы на глину, путался в Старых Знаках и делал ошибки. Потом осторожно и неумело обжигал таблички, клал их перед собой и упорно переносил непослушные слова на камень. Да, ему стало немного легче, когда из-под резца вышло: «Так говорю я, Брат Богов, исполненный Мудрости Небесной и призванный принести Ее на бескрайние земли, коими владею Я и Род Мой по Милости и Воле Бессмертных». И все же Малк никак не мог отделаться от желания оглянуться и проверить, а нет ли поблизости какого-нибудь соглядатая, смогшего проникнуть в его невозможную и невероятную тайну. Конечно же, на любую из плит, бывших в хозяйстве Малка, могли уместиться только небольшие фрагменты Законодательных Таблиц, и Малк потратил немало времени на измерение поверхности, на проверку ее размера вплоть до последнего знака, до самой крайней черты. Ведь оборвать какое-либо установление на полуслове было никак нельзя – Законы являлись той же самой Божественной Речью, Исходящей из Уст Великого и Могучего. Однако здесь Малка поджидала удача – несколько первых Таблиц по размеру почти в точности соответствовали наибольшим камням и целиком поместились на заново отшлифованные обломки. После, когда у него остались только меньшие куски, Малк начал отыскивать среди Таблиц те, на которых было не так много текста: установления о рабах, наследстве и семье, и которые после известных усилий тоже удалось дважды втиснуть на последние пригодные к работе плитки. Малк замечал, что все скорее и небрежнее работает в Новом Письме и все тщательнее искупает это искусной и изящной прорисовкой Старых Знаков. Но не хотел над этим задумываться. Его больше волновало другое – запас черного камня подошел к концу. Могло случиться, что у кого-нибудь в квартале оставались еще какие ненужные обломки. Ведь многие, тот же Акмал, выполняли заказы богатых горожан и даже самих Братьев Властителя. А для надписей в гробницах и святилищах предков тоже разрешалось использовать именовательный камень. И окончательно утративший чувство осторожности Малк послал двух-трех младших подмастерьев к нескольким наиболее уважаемым соседям-камнерезам, дабы узнать, а не сохранилось ли у них небольших кусков Камня, Несущего Слова, что потребен Старшине Квартала для новой работы во славу Высочайшего Владетеля. |