Онлайн книга «Как не влюбиться в лучшего друга?»
|
Лин наклоняется, и я пододвигаюсь навстречу. Чувствую смесь запахов: знакомого кокосового геля для душа и сладковато-кисловатого пунша. В ожидании и будто в замедленной съемке я еще больше наклоняюсь к ней, как вдруг получаю сзади сильный удар и сгибаюсь. Ай! Мои губы соскальзывают и лишь слегка касаются щеки Лин, словно дуновение ветра. Поцелуй длится так мало, что я мог бы принять его за плод собственного воображения, если бы не мое скачущее сердце и маленькая коричневая коза, которая втискивается между нами, как клин. — Тоффи! – восклицает Лин и смеется. – Ты снова сбежала или тебя кто-то выпустил? Коза прижимается к ней и дергает ее куртку. — Прости, у меня ничего вкусненького нет. Лин отступает, и я чувствую внезапную пустоту. В замешательстве я провожу языком по губам. Эмми раздраженно фыркает, когда Лин вкладывает мне в руку свой стакан, затем хватает козу и тащит обратно в загон. — Итак, – говорит она, возвращаясь. Я не могу не заметить, что она сознательно делает огромный крюк вокруг ветки омелы. Ее щеки предательски краснеют. — А вы знали, что Рождество в Англии было запрещено с 1647 по 1660 год? Она поправляет свою шапку. — Довольно жестоко, – отвечаю я. – Представь, нам пришлось бы от всего этого отказаться. – Я делаю размашистый жест рукой. — Было бы очень жаль! – отвечает она. – Пойдем купим лотерейные билеты, Йойо? Если я не ошибаюсь, я выиграла баттл по перечислению традиций. — Э-э, да, конечно, – бормочу я. Отлично, отшить кого-то еще более явно, пожалуй, невозможно. Эмми, кажется, тоже недовольна. Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом передумывает. Наверняка она знает, что под веткой омелы нужно очутиться случайно. Умысел не считается. Ее внимательный взгляд вызывает у меня неприятное чувство. У меня ощущение, что она читает меня как открытую книгу. Поэтому я беру себя в руки и делаю вид, будто ничего не произошло. По пути к лотерейной сцене я возвращаю два стакана от пунша желаний и решаю сразу использовать деньги, полученные за них, на билеты. — Интересно, что мы выиграем. Думаю, верхушка для елки с единорогом тебе бы очень пригодилась, – шучу я. – Или лучше добыть для тебя носки с оленями? — М-м, носки, – говорит Лин и усмехается. – Их ты можешь потом от души наполнить шоколадом. — Нахалка! – отвечаю я и подмигиваю ей. Как и обещал, я покупаю нам билет, и мы выигрываем пряничное сердце. — Не везет в игре – повезет в любви, – лукаво замечает Эмми и хлопает меня по плечу. Это как раз та фраза, что написана на прянике. — О, превосходнейшая лучшая подруга и кокосовая снежинка, не возьмешь ли ты на время мое сердце, пока я не завоюю для тебя носки, что согреют твои ножки? – говорю я максимально слащаво и сразу краснею, когда до меня доходит, как это двусмысленно звучит. — То есть мое шоколадное сердце, – добавляю я. – Э-э, я, конечно, имею в виду пряничное. Ну вот, теперь я еще и бормочу что-то невнятное! Лин смеется. — Конечно же, превосходнейший лучший друг и печеньковый монстр. Я сохраню твое сердце и никогда не разобью его. Она вешает его себе на шею. Меня охватывает ощущение счастья, когда я замечаю, что она ответила столь же двусмысленно. — Ну а мне эти штуки кажутся твердыми как камень, – вмешивается в наш разговор бабушка Пельциг. Наша соседка прогуливается рядом со своим гигантским королевским пуделем. Пурцель, так зовут этого теленка-собаку, с удовольствием позволяет Лин почесать себя за ушами. |