Онлайн книга «Позовите Малену. Ей доверяли жизнь»
|
С самого полудня старшие дети носились по переулкам верхней части деревни, оставив малышей у дома. Те, сбившись в кружок и тесно прижавшись друг к дружке, запускали прутики в луже, где еще стояла вода от недавних дождей, и время от времени проводили перепачканными в грязи ручонками под носом, размазывая сопли по щекам. Когда детей наконец загнали домой, старшим досталось за засохшие на пухлых щечках малышей грязные разводы. Впрочем, они давно смирились – что бы ни натворили младшие, отвечать всегда им. — Кто знает, может, и мэр со священником заглянут на праздник? Расставляя сладости по корзинкам, тетка Дзицца подняла глаза на невестку – та довольно кивнула. — Ма, можно мне хоть что-нибудь попробовать? – Даниэле успел поужинать и теперь жадно раздувал ноздри рядом со сладостями, как пес, почуявший добычу. — Ни в коем случае. Сам ведь знаешь: если будешь есть сладости до праздника, наутро пятка прирастет к заднице. Малена говорила строго, но Роза улыбнулась. Засыпая, мальчик все думал о том, как ужасно иметь приросшую к заднице пятку и, главное, как трудно с ней бегать и играть с друзьями. А потом провалился в сон. На рассвете Малена и дети были уже на ногах. — Вот видишь, мамай правильно вчера сделала, что не позволила тебе есть сладости, – сказала Роза с улыбкой, увидев, как брат вскакивает с кровати. — Зато сегодня я съем сразу несколько, правда? Быстро позавтракав кружкой молока и ломтем хлеба, Малена закончила прибирать немногочисленные комнаты своего скромного жилища. — Это передал отец, чтобы угостить сегодня вечером гостей. – Мимина вошла в дом и поставила на кухонную полку бутыль сладкого вина. Вместе они застелили постель, как в день свадьбы. Во дворе под навесом поставили две деревянные скамьи. Там норолянцы будут чествовать солдата Джованни, угощаясь миндальными сладостями. Женщинам их подадут с чашечкой настоящего кофе из свежемолотых ароматных зерен, а мужчинам – с рюмкой душистого москато или янтарной мальвазии. — Выпьем сегодня за здоровье моего сына и всех земляков, что служат солдатами. Отец Джованни в старом широком пиджаке с начищенными по такому случаю до блеска пуговицами потер руки. — Учительница сказала нам, что эта война сделает Италию более могущественной и великой, – добавила Роза, заканчивая заплетать черные прямые волосы в косы. И, не удержавшись, добавила: – Хотя многие мои одноклассники даже не знают, где эта Италия начинается и где кончается. — Стой смирно! Что ты вертишься, как карп? – прикрикнула тетка Дзицца, пытаясь на кухне причесать и одеть Даниэле. — Интересно, в котором часу он приедет? – спросила Малена, заслышав звон церковного колокола. Она старалась держаться степенно и сдержанно, но, вытирая вспотевшие руки об юбку, не могла вспомнить, чтобы когда-нибудь так волновалась. Роза была уже готова. Малена поспешила помыться в большом деревянном корыте, стоявшем в спальне. Вытершись, завернула горсть семян лаванды в платок и растерла им все тело и даже волосы, которые заплела в длинную косу, что покоилась теперь на плече со шрамом. С помощью Мимины она надела все лучшее, что у нее было: суконную юбку, всю заложенную в складки, кроме центральной части, дрожащими руками застегнула белую рубашку с буфами, поправив воротник и тонко вышитые манжеты. Потом надела корсаж из парчи с яркой цветочной вышивкой, попросив подругу затянуть его под грудью лентой крест-накрест: не хотела, чтобы та заметила дрожь в ее руках. |