Онлайн книга «11 лжецов»
|
— А потом? Уизерс остановился. — Я вышел из передней части церкви – заднюю дверь мы всегда запираем – и увидел, что огонь, к счастью, почти потушен. Как только меня заверили, что все под контролем, я ненадолго вернулся в дом, чтобы успокоить жену. И как раз возвращался в церковь, когда встретил вас у калитки. Шагая рядом с викарием, Дэни чувствовала в воздухе густой запах дыма. Она прикусила губу и прикрыла рот рукой. Тропинка разделилась, и от сгоревшего здания они повернули к церкви Святого Стефана. — Какая красивая церковь, – сказала Дэни, когда они миновали широкое арочное окно с витражами и остановились у крыльца главного входа. — Спасибо, – ответил Уизерс. — Когда вы шли от церкви к своему дому, вы никого не видели на кладбище? — Из живых – боюсь, никого. Дэни улыбнулась: — А ваша жена? — А что моя жена? – переспросил Уизерс. — С ней все в порядке? — А, понял. Да, она только недавно вернулась после ужина с одним пожилым прихожанином. С небольшой церковной парковки на Нижней улице медленно выезжала пожарная машина. — Я обязательно лично поблагодарю начальника пожарного отделения за отличную работу его команды, – сказал Уизерс, провожая взглядом машину. – Мы с ним хорошо знакомы; вместе участвовали в нескольких благотворительных мероприятиях. Если у вас больше нет вопросов, констебль, мне нужно зайти в церковь, убедиться, что там все потушено на ночь. Не хотелось бы в спешке оставить зажженную свечу. Дэни смотрела, как Уизерс поднимается по трем ступенькам, толкает тяжелые дубовые двери и входит в церковь. Она представила себе, как ложится в горячую ванну и смывает с тела запах гари. Погруженная в свои мысли, она не обратила внимания на фигуру человека, в темноте наблюдающего за ней из окна второго этажа дома викария. Глава 7 Увидев, что Дэни простилась с викарием, я делаю пару шагов в ее сторону, и боль в лодыжке заставляет меня зашипеть. — Мистер Харпер, вас точно не подвезти до дома? – спрашивает Кук, догоняя меня и осторожно беря за локоть. — Нет, я в норме, правда, – говорю я, поворачиваясь обратно к зданию клуба. Двое пожарных уже демонтируют последние прожектора. – Нужно просто немного пройтись, и все будет окей. Лодыжка даже не вывихнута. Карен Кук улыбается, заставляя меня рассмеяться. — Нет, правда, – продолжаю я идти по гравийной дорожке и прикусываю изнутри щеку. Делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к ней: — Видите? Все в полном порядке. Я смотрю на массивный дом викария в викторианском стиле – лабиринт комнат на другой стороне кладбища. Из одного из окон второго этажа пробивается тусклый свет. — С остальными свидетелями поговорим утром, – говорит Кук, следуя за моим взглядом. – Но вы уверены, что никого не видели на кладбище, когда начался пожар? — Ни души. — Никто не бродил вокруг церкви, не выходил из ворот? Я отрицательно качаю головой: — Извините. Было темно. Вряд ли я смог бы что-нибудь разглядеть. Мы стоим перед обгоревшим входом в клуб. Что там делал тот человек? Почему он не попытался выбраться раньше? Почему убежал не сразу, когда я его окликнул? С петель свисают обугленные остатки двери. Сожженный плющ все еще цепляется за дверной косяк; дышать тут по-прежнему тяжело. Я достаю телефон и включаю фонарик. Набираю в грудь побольше воздуха и быстро иду вперед. Прежде чем Кук успевает сообразить, что я делаю, я уже внутри. |