Онлайн книга «9 скрытых жизней»
|
Она наклонилась и коснулась руки Айлин. — Мне кажется, Деннис так и не понял, что он делал. Памеле хотелось сказать Айлин, чтобы та не оправдывала мужа, но она понимала, что сейчас ей нужно не это, и потому просто сказала: — Его больше нет. Айлин вздохнула. — Каким-то образом одна воскресная газета узнала мое имя. Я сказала полиции, что ничего не знаю, но моя тайна перестала быть тайной. Деннис был недоволен. Памеле не хотелось даже думать, что это может означать. — Он терпеть не мог, когда наши имена появлялись в газете. Я могла понять почему, – продолжала Айлин тихим голосом. – Многое из того, что там писали, было неправдой или вообще не имело к нам отношения, но им было все равно. Он велел мне не выходить на улицу и больше ни с кем не разговаривать. — И вы так никогда и не говорили об Алаке? Айлин покачала головой. — Я не только никогда не говорила об Алаке – кроме Денниса, нашего сына и его семьи, я вообще больше ни с кем не разговаривала. До тех пор, пока Деннис не умер двадцать девять лет спустя. Глава 43 Он кажется очень милым, хоть и слегка суматошным, – говорит Дэни, сидя на продавленном диване в глубине нашей кухни. Она пьет чай из большой кружки. Разговор с моим отцом был недолгим, и он почти не скрывал своего потрясения от того, что вот-вот станет дедом. Вскоре после этого он ушел наверх принять душ. — Он не может здесь оставаться, – говорю я. – Тем более что ребенок может появиться в любую минуту. — Это, конечно, неидеально, я согласна, но будет жестоко просто выставить его за дверь. Он приехал повидаться с тобой и привез с собой сумку. — Он даже не сказал, зачем приехал, – отвечаю я. Я иду налить себе свежую чашку кофе. — Какой бы ни была причина, – говорит Дэни, – он ехал сюда два часа среди ночи. Мы не можем просто взять и отправить его восвояси. — Он может остаться на обед. — А как насчет того, чтобы оставить его на одну ночь? Он может поспать в мансардной комнате. — В комнате Ника? – переспрашиваю я. Спальня на самом верху дома принадлежала моему брату. За десять лет после его смерти мама почти ничего там не трогала. И в последующие годы, постепенно переделывая остальной дом, я в комнате Ника тоже почти ничего не менял. — Может, уже пора, – говорит Дэни. – Возможно, будет как раз правильно, если первым этой комнатой воспользуется твой отец. Я чувствую, как во мне закипает старая злость. Она направлена не на Дэни, а на отца. И все же мне приходится изо всех сил сдерживаться, чтобы не сказать ей, что она ошибается и ничего не понимает. Я ставлю молоко обратно в дверцу холодильника и сажусь рядом с Дэни. — Я знаю, ты хочешь поступить правильно, но, если он останется здесь, в придачу к ребенку, это будет уже слишком для нас обоих. — Если ты не хочешь селить его наверху, давай предложим ему диван на эту ночь, а там посмотрим. Кто знает – может, к завтрашнему утру он и сам уже решит уехать. — На одну ночь? Дэни кивает. — Ладно, договорились, – говорю я. Когда я слышу, как отец спускается по лестнице, у меня по коже пробегает холодок. Дэни берет меня за руку. — С легким паром, Гордон, – говорит она, когда он входит в кухню. — Тебе бы новую душевую лейку, Бен. Могу поставить, если хочешь. — Нас и эта устраивает. — Я взял из шкафа два полотенца. Я их не сильно намочил, так что сложил их и убрал обратно, откуда взял. |