Онлайн книга «Королева Виктория. Женщина, правившая Империей»
|
Лорд Ливерпуль сказал герцогине, что не может заставить ее дочь передумать. Конрой грязно выругался, когда это услышал. В последующие несколько дней Виктория оставалась в своей комнате и разговаривала только с Лецен. Конрой решил, что пришло время для его последнего, отчаянного плана: посадить Викторию взаперти и вынудить ее согласиться. Его союзник Джеймс Аберкромби – адвокат, который тогда был спикером палаты общин – сказал ему, что, поскольку Виктория не внимает здравому смыслу, теперь стоит применить силу. Конрой пошел к герцогине и заявил, что «ее нужно принудить». Пока Виктория играла в «Кто кого переморгает» с родственниками и агрессорами, парламентарии обсуждали, следует ли разрешать женщинам наблюдать за парламентскими дебатами с публичной галереи. В день визита лорда Ливерпуля, 15 июня, некий г-н Грантли Беркли обратился в палату представителей: «Что касается присутствия дам… когда в комнате букет цветов, разве воздух не слаще?» Достопочтенные джентльмены так не считали и проголосовали против. ![]() Когда Виктория увидела группу цыган, разбивших лагерь на дороге возле английской резиденции Леопольда, Клермонт-хаус, она была очарована их теплотой. Она посетила их несколько раз в январе 1837 года, набрасывала их портреты, присылала им суп и пыталась организовать образование для их детей. Когда одна из молодых цыганок родила, Виктория отправила ей еду и одеяла. Она решила, что если ее попросят спонсировать этого ребенка-безотцовщину, она назовет его Леопольдом. Добросердечная молодая Виктория не проявляла ни капли предрассудков по отношению к этому незаконнорожденному ребенку. Она завидовала уютному счастью в домах цыган и была им очарована:
В то время про цыган злословили, что они ленивые, неотесанные, немытые язычники – изгои, которые дрейфовали по Европе и заполняли собой палаты работных домов. Но Виктория считала их «ложно обвиненными, ошибочно опозоренными и очень жестоко обиженными». Вместе она и Лецен прочли книгу под названием «Защитник цыган» мистера Крэбба, которая убедила их, что бедные люди откликаются на доброту. Конрой был не согласен. ![]() К 1837 году король Вильгельм IV оглох и корчился от боли. Виктория редко упоминала его в своем дневнике, хотя, когда он серьезно заболел в мае 1837 года, ей было его жаль: «Сам он всегда был добр ко мне». К середине июня стало ясно, что он умирает. Давление на Викторию было огромным, и, по словам Стокмара, который посетил ее 16 июня, мать стала чрезвычайно сурова с ней. «Если бы кто-то за пределами дворца знал, что Виктория – “угнетенный человек”, – писал он, – все бы примчались к ней на помощь». Но никто этого не сделал. Вместо этого Виктория научилась, по словам Стокмара, «жить на внешне покорных и ласковых условиях с людьми, которым она не доверяла и которых не любила». |
![Иллюстрация к книге — Королева Виктория. Женщина, правившая Империей [book-illustration-9.webp] Иллюстрация к книге — Королева Виктория. Женщина, правившая Империей [book-illustration-9.webp]](img/book_covers/141/141033/book-illustration-9.webp)