Онлайн книга «Вторая семья мужа»
|
— Хорошая попытка манипуляции. Нам ли не знать, как ты заманила родную мать в ловушку. — Прости, пап, не знала, что стоит оступиться, и тебя пошлют на смерть. Такая она огромная любовь отца и матери. — Прости, Зорь, но веры тебе больше нет, — глухо отвечает Рома, поворачивается и, увлекая меня за собой, выходит из палаты. — Она в жутком состоянии, — говорить получается с большим трудом. — Надо выяснить, что там произошло. Потом решим, — обнимает меня за талию. Преподавателя Зори мы находим неподалеку. Она с кем-то говорит по телефону. Дожидаемся, пока она закончит разговор и подходим. — Инга Леонидовна, проясните, пожалуйста, ситуацию? При каких обстоятельствах произошло избиение? — Зоренька домашняя девочка. Она была в ужасе от происходящего в ее отряде. Она пыталась подружиться с девочками. Одно время даже неплохо общалась. Но потом, она стала нам рассказывать ужасные вещи про наших воспитанниц. Что они вытворяют, что и где прячут, про их заговоры и планы. Мы были в шоке. Пытались уберечь Зореньку, создавали ей более комфортные условия. Но в отряде прознали, что она не на их стороне, и совершили свою кровавую расправу, — женщина нервно заправляет за ухо прядь волос. — Иными словами Зоря занималась стукачеством, — Рома не спрашивает, подводит итог. — Что за слово! — морщит нос Игна Леонидовна. — Она просто пыталась остановить беспредел! Помогала преподавателям! — Вы ведь преподаете у трудных подростков, и прекрасно знаете, как подобные выходки расцениваются в коллективе. Но вы не только не пресекли, но наоборот, способствовали этому. Это крайне некомпетентно с вашей стороны! — не выдерживаю уже я. — Мы непременно сообщим вашему начальству, — поддерживает меня Рома. — Мне искренне жаль Зореньку. Вы даже не понимаете, что ломаете жизнь собственному ребенку! — женщина покрывается красными пятнами. — Вы же в курсе, за какие поступки она оказалась в ваших стенах? — Рома спрашивает холодным тоном. — Я в курсе, что она жертва обстоятельств. Зоренька была предельно откровенна со мной! — Далее считаю наш разговор бесполезным. Мы с женой будем общаться с вашим начальством. Мы возвращаемся в палату. — Что же ты не рассказала, что за блага продавала девочек из отряда? — спрашивает Рома. — Они были не правы! Я не могла молча смотреть на их выходки! — выкрикивает. — А перед этим втерлась к ним в доверие. — Нет, я пыталась с ними подружиться. Научиться выживать в том страшном месте! — Так же как и в семье, для всех хорошая, но при любом удобном случае, готова продать нас всех! — не могу остановить слезы, голос дрожит. Дочь не меняется и использует те же методы. Во мне все же теплилась надежда, что она образумится и все осознает, что не все еще потеряно. Но эта надежда тает на моих глазах. — Только ты у нас такая правильная, мамочка. Поступаешь по совести. И папу простила. Пригрела блудного пса. А как там тетя Алена? Уже родила мне братика? Пап, вы как договорились, ты и дальше на две семьи будешь жить, только теперь открыто? Правильные вы мои, — в ее заплывших глазах полыхает что-то такое черное и страшное, что у меня ледяной пот струится по спине. В этот момент я боюсь собственной дочери. И совершенно не знаю, чего от нее ожидать. — Откуда в тебе столько яда? — восклицаю. |