Онлайн книга «Никогда тебя не отпущу»
|
Глава 27 — У Ярослава с моей матерью… — обрываю речь на полуслове. Нельзя ему говорить, известную мне информацию. — Не думайте, что омрачая память моей матери, вы чего-то добьетесь. Он все же бьет очень точно, в цель попадает. Его слова, они не сплошна ложь. Отец способен на подобное. Это подтверждают и его слова, и Ярослав, который многое умалчивал. Он жалел меня и не хотел рассказывать гадости о маме. Пока понимаю это так. Не верю, что Ярослав стоит на одной ступени с моим отцом и Степаном. — Вы же за справедливость. Я тоже. Пришло время возмездия, — срывает листик с дерева, мнет его в пальцах. — Очень смешно. Нет, — облокачиваюсь о забор. Еще раз проверяю взглядом охранников. — Скорее вы хотите запудрить мне мозги и использовать в своих целях. — Ваш отец принес и мне много горя. Из-за него и его друга Ярослава я был вынужден бежать из страны. Перед этим инсценировав свою смерть. Они шли меня убивать. И если бы не моя реакция, лежать бы мне давно в земельке, — чешет мочку уха. — Почему же они хотели расправиться с таким святым человеком как вы? — выгибаю бровь. — Виктория, ваш сарказм не уместен. Я никогда не говорил о своей безгрешности. Мы все не святые. Но черноту во мне пробудили именно они. Он очень много знает. Это бесспорно. Но он старается перевернуть факты в угоду себе. — Ярослав женился на Елене. За это его ненавидите? А отец, что вам сделал? Если ваш гнев направлен в первую очередь на Андрея, следовательно, он в вашем списке недругов на первом месте? — Вы меня поражаете, — делает шаг ко мне, склоняет голову, заглядывает в глаза. — И вы похожи на своего отца. Он тоже еще с юношеских лет отличался незаурядным умом. — Не заговаривайте мне зубы, Степан. Отвечайте на поставленный вопрос. — Мой комплимент и был ответом, — проводит языком по верхней губе. — Верно, Андрей в моем списке первый. Ярослав хм… с ним мы потом уладим разногласия. Сейчас Степан увиливает. Зная, мои отношения с Ярославом избегает поливать его открыто грязью. Хотя я вижу в его глазах ненависть. Он ее пытается скрыть, но эмоции слишком сильное и то и дело прорываются наружу. — Что еще сделал мой отец. Помимо того, что планировал вас убить? — Он лишил меня всего. Уничтожил. Я собирал себя по кусочкам, — сцепляет руки в замок. — Очень размытое объяснение Степан. Пока я слышу очень мало конкретики. Честность явно не ваш конек, — развожу руками. — Он отобрал у меня вашу мать. Он ее свел с ума. И я не смог ей помочь, — опускает голову, тяжело вздыхает. — Хотите сказать, что вы любили мою мать? — фыркаю. — Зря сомневаетесь. Андрей и под меня ее подложил. А ваша мать, она была удивительной женщиной. Я пропал, едва она оказалась рядом со мной, — делает скорбное лицо. — И поэтому вы решили эту удивительную женщину запереть пожизненно в психушке? — руки чешутся врезать ему по роже. — Я ее освободил от Андрея. Спрятал. Увез. Сменил ей имя. И себе тоже. Мы прятались от них. Я хотел просто быть счастливым с ней, — он достает платочек из кармана и сжимает его в руке. — Но ее психика была слишком расшатана. Ей становилось все хуже и хуже. Когда меня не было дома, с Катей случился припадок, соседи вызвали врачей. Ее положили на лечение. Я приходил к врачу. Давал ему деньги. Просил, чтобы Катерине помогли. Но врачи были бессильны… — шмыгает носом. Потом резко поднимает голову и смотрит на меня, — Вот почему я его так люто ненавижу! Не за себя в первую очередь мщу. Он заслуживает корчиться в агонии. Он отобрал у меня любовь! |