Онлайн книга «Развод. Спасибо, ты сделал меня стервой»
|
— Неверно… — Сейчас я тебя переодену, ты вспотела. И надо поесть, я куриный бульон приготовил. — Ты? Сам? — Надо домашний. Заказывать не вариант. Он деловито подходит к моему шкафу. Выбирает вещи, и потом переодевает меня. Действует очень осторожно. А я испытываю странное чувство… не неловкости, нет… Нежности, от того, что обо мне заботятся так. Это нечто новое, неизведанное. И я сейчас уязвима. Я, по идее, вообще не должна позволять ему видеть меня такой, но мне так хорошо… Плохо и одновременно хорошо. Мдааа, что-то совсем не то с моей головой. Переодев меня, Давид помогает умоститься удобно на постели, уходит и вскоре возвращается с подносом. Берет ложку и подносит к моему рту. — Ты что собрался меня кормить? — спрашиваю удивленно. — Ага. — Я сама. — Не надо сама, Вика. И я понимаю, что слабость такая, что я ложку не смогу в руках удержать. Или… с могу, но я просто этого хочу… Откидываю эти мысли, открываю рот и едва не мурлычу от удовольствия. Наверное, никогда в жизни я не ела ничего более вкусного. Это все болезнь… просто болезнь… Пусть, но я хочу еще. Съедаю всю тарелку. — Спасибо, — говорю Давиду смущенно. У меня и так температура, я вся горю, а сейчас начинаю гореть еще сильнее. — Скоро поставим тебя на ноги. Твои вопросы я решил, можешь не волноваться, — заботливо проводит костяшками по моей щеке. — Решил… — хочу уточнить детали. Но после еды, меня снова клонит в сон. И почему-то абсолютно нет тревоги, что и как он там решил. — Отлично. Спасибо, — сползаю вниз, он меня укутывает, целует в висок, и я снова проваливаюсь. Просыпаюсь прислушиваюсь к тишине комнаты и своим ощущениям. Не тревожно, а именно уютно-тихо. Жар спал. Тяжелая пелена, давившая на виски, растворилась, оставив после себя лишь легкую, почти невесомую усталость. В спальне горят только настенные бра, отбрасывая мягкие золотистые тени. Давид сидит в кресле у окна. Ноутбук на его коленях светится в полумраке, но он не смотрит в экран. Он смотрит на меня. Внимательно, безмолвно и с такой пронзительной теплотой, что у меня на секунду перехватывает дыхание. Я лежу под одеялом — растрепанная, бледная. Впервые за много лет я абсолютно, тотально уязвима. И, к своему собственному потрясению, я понимаю: мне не стыдно, мне не страшно. Мне не хочется вскочить, отвернуться или судорожно натянуть обратно броню и ринутся в очередной бой. Рядом с этим мужчиной моя слабость не ощущается как поражение или унижение. Она ощущается как долгожданный выдох после бесконечного марафона на выживание. Понимаю очень простую, но невероятно важную вещь, самая великая роскошь в жизни — это найти человека, рядом с которым можно просто закрыть глаза и рухнуть, зная, что тебя поймают. Не осудят, не используют твою беспомощность, а просто укроют пледом, заберут твою боль и будут охранять твой сон. Давид оставляет ноутбук и подходит ко мне. Его ладонь ложится на мой лоб. — Температуры нет, — тихо говорит. — Победа, ты побеждаешь болячку, — мягко улыбается. Перехватываю его руку, переплетаю свои ослабевшие пальцы с его и прижимаюсь щекой к его широкой ладони. Смотрю ему прямо в глаза, не пряча ни своих слез, ни своей внезапной, острой нежности. — Давид... - мой голос еще звучит хрипло, но в нем очень много нежности, на которую я не думала, что еще способна. — Спасибо, что позволил мне быть слабой. |