Онлайн книга «Развод. Двойная жизнь моего мужа»
|
Витя стоит, опустив голову, смотрит на осколки чашки, на расплывшееся пятно от чая, его трясет, он мотает головой и ничего не говорит. Глава 55 Прошло минут тридцать. Мы сидим в гостиной. Мирослава на кухне. Прижимаю голову сына к груди. — Витя, я очень тебя люблю. Успокойся, милый, — шепчу, едва сдерживая слезы. Ярость отступила. Теперь только боль сожаления осталась от того, что Серж с нами сделал. Он мастерски использовал любовь сына как оружие против меня. Есть ли в этом человеке хоть что-то человеческое? — Мам, что с папой случилось? — Рита сидит на полу, поджав колени к груди, уткнувшись в них подбородком. — Я думаю, он всегда был таким, просто умело притворялся. А мы с вами верили. Я ведь тоже долго ничего не знала. А ваш папа женился на мне из-за выгоды. Ведь ваш дедушка покойный был богат. Изначально наш с ним брак не на любви с его стороны построен, — говорю, и понимаю, что нельзя откладывать подобных разговоров. Я хотела их подготовить, сделать как лучше, подобрать слова. Но ведь Серж не считается ни с чем, может ударить в любой момент. И еще немного он мог на свою сторону детей перетащить. Чтобы я тогда делала? А если бы я выпила тот злополучный чай? — И ба верила? — всхлипывает Витя. — Он же ее сын… — И она, — вздыхаю. — Ваш папа играл, знаете как в фильмах, актеры играют роли, а на самом деле они совсем другие люди. У него всегда была любовница. Женщина, с которой он изменял мне. — А у тебя любовник? — Витя поднимает на меня заплаканные глаза. — За годы брака у меня был ваш папа, потом родились вы. Я его любила и была верной. И сейчас люблю малыша в животике. Вы моя семья, и я для вас все сделаю. Но мне надо понимать, что вы со мной, — сжимаю руку сына, смотрю ему в глаза. Витя опускает голову. — Я понял… мам, я только когда разбил чашку понял, что сделал… — слова даются ему сложно, но я чувствую искренность. Такое ощущение, что в этот момент налет зла и мерзости Сержа слетает с сына. — Просто мы же хорошо жили, все было хорошо, а тут папа получается плохой. Да, тут детям сложно сделать шаг от любви до презрения к родному отцу. Но и общение Сержа с детьми невозможно. Я обязана их оградить от их же отца. Ночь проходит в разговорах. Сначала с детьми. Не просто, сложно, но лед тронулся, мы приближаемся к взаимопониманию. У Вити еще шок, он не отошел от того. Что едва не совершил своими руками. Но это перевернуло его мир, позволило взглянуть на ситуацию иначе. Укладываю их спать с ощущением единения. За своих детей я буду бороться. Не позволю Сержу затуманить им разум. И эта ночь огромный шаг, чтобы мы стали по настоящему дружной семьей без секретов и недомолвок. После детей иду к свекрови. Она не вмешивалась. Понимала, что этот разговор должен был состоятся между нами троими. — Я еще потом с ними поговорю, — встречает меня на кухне. — Втолкую им. — Спасибо, — Мирослава. Повинуясь порыву, обнимаю ее, утыкаюсь носом в плечо. Не плачу, но внутри печет. Жутко, что сейчас мне надо сделать ей больно. — Мирослав, тут такое дело. Мне Адам сказал, что тогда Эдуард был виновен, — подробно пересказываю наш разговор с Матецким. Свекровь каменеет. Сидит и слушает меня без единой эмоции на лице. Мне даже иногда казалось, что она в статую превратилась. |