Онлайн книга «Развод. Ржавая любовь»
|
Глава 11 — Мамочка, что случилось? — сын в машине сонно щурится. — Едем домой, Геночка, спи, — отвечаю ласково. Он сладко зевает, и снова проваливается в сон, услышав мой голос. Не позволю им больше влиять на моего сына. Додумались, еще знакомить его с нагулянной дочерью Феликса. Они что реально хотели представить ее, как сестричку? Только перед глазами мелькает эта картина, сразу холодным потом обливаюсь. Нет, надо решать вопросы и как можно скорее. Не верю я, что родители мужа так просто угомонятся. Свекр меня отпустил, но я не расслабляюсь и не верю в скорую победу. Не те они люди. Если только вспомнить Аглаю, как с ней свекровь поступает. Это я только про нее знаю. А какого еще они катком переехали? Нет, такой участи себе я точно не желаю. Приезжаю во двор дома. С сыном на руках захожу внутрь. Геночка ворочается, кряхтит, но не просыпается. Слышу смех, веселые голоса на первом этаже. Тихо играет заводная музыка. Быстро поднимаюсь наверх, укладываю сына в его кроватку. Целую в розовую, пухлую щечку. Он на миг открывает глазки, и тут же их закрывает. Несколько минут стою, убеждаюсь, что Геночка заснул. Спускаюсь на первый этаж. Иду на звук голосов и музыки. Открываю дверь в гостиную, а там за накрытым, огромным столом на диванчике восседают Феликс, Герман и моя дочь. Стол ломится от угощений. Они раскрасневшиеся, довольные, на лицах улыбки. Идиллия… Словно ничего и не было. Все прекрасно. Или лучше сказать — идеально. — Маюш, а вот и ты, — широко улыбается пока еще муж. — А я подумал, надо все же отметить. Дочь замуж выходит. Такое событие. Вот заказал еды из ресторана. — Да, мам, присаживайся к нам. Такая вкуснятина! — дочь отправляет в рот корзиночку с икрой и закатив глаза жует. — Божественно! Интересно, я когда-то перестану ронять челюсть от очередных выходок моей семейки? — Майя Сергеевна, не стойте вы на пороге, как не родная! — подливает масла в котел моей ярости Герман. — Нам вас не хватало. Присаживайтесь. — Мне вот интересно Люб, если твой Герман расскажет тебе, что у него ребенок на стороне, мы тоже вот так всей семьей соберемся и будем праздновать? — спрашиваю, прислонившись к дверному косяку. Ноги реально подгибаются. — Мам, что за чушь, мы с Герусиком любим друг друга! — Очень! — он притягивает мою дочь к себе и смачно чмокает ее в губы. — Так и твой отец утверждает, что меня любит. Но это не помешало ему гульнуть на стороне, еще и ребенком обзавестись. Не зарекайся. — Майя! Прекрати! — повышает голос Феликс. — Ты соображаешь, что несешь? У твоей дочери праздник, а ты вместо того, чтобы поздравить, пришла и гадости мелешь, все портишь! Ты мать! Как тебе не стыдно! — И да, мам, отвечая на твой вопрос, — Люба обиженно надувает щеки, — Я бы для начала разобралась в ситуации. А не устраивала истерики, не била бы мужа по голове! Ты видела какая там у папы рана? Ему бы в больницу, а он вместо этого нам праздник устроил, который ты испортила! — она всхлипывает, хватает за руку Германа. — Он старается. Он хочет поговорить. Но ты же никого не слушаешь, у тебя есть только твои обиды! А мы сразу стали врагами! Услышь нас, ты даже не попыталась разобраться! — Любочка, твоя мама вспылила. Уверен, она поспит, отдохнет, и тогда вы поговорите, — гладит ее по голове Герман. — Вы замечательная семья. Хватит уже ругаться. |