Онлайн книга «Развод. Ржавая любовь»
|
Ветер приносит ее слова, они вокруг горла обвиваются. — Если это все, то мне пора. — Ты зачем судьбу своей дочери рушишь? — скрещивает руки на груди. — Рушу? Люба должна знать правду, кто такой Герман. — Очень неразумно стравливать людей, разбивать крепкую пару, не разобравшись досконально в вопросе. Ты знаешь, что из-за тебя Феликс избил Германа. Он в больнице. У него сильно сломан нос. Настолько, что это было опасно для жизни. И без оперативного вмешательства теперь не обойтись. И ребра у него тоже сломаны. О как Феликс его приложил. Не думала, что в нем столько силы. Герман парень не хлюпик. — Мне его пожалеть? — Ты слишком озлоблена и жестока. Не потому ли Феликс посмотрел на сторону, что не выдерживал твоего характера? Или потому, что ты постаралась. Хотя, естественно, не захотел бы Феликс, не повелся бы, устоял, и мать его была ничего не сделала. Так что с него вины никто не снимает. Но и с нее тоже. — Люба теперь страдает. Моей сын мог попасть за решетку, если бы Карл не вмешался. А ты рада. Неужели твои личные обиды стоили того, чтобы делать всех вокруг несчастными, — ой кто бы говорил, хочется ей ответить. Еще нельзя. — Я уж не говорю, что нам придется приложить столько усилий, чтобы это не стало достоянием общественности. Вот за что она переживает. Чтобы этот скандал не попал в соцсети. Тогда очень трудно будет поддерживать фасад идеальности. — Удерживайте, Анна Станиславовна. Ведь репутация превыше всего, — усмехаюсь, поворачиваюсь, чтобы уйти в дом. — Спокойной ночи. — Уймись. Угомонись. Позволь мне все уладить. Послушай меня, — доносится мне в спину. — Ты еще можешь вернуть Феликса. — Я не собираюсь его возвращать, — не оборачиваюсь. — У тебя был шанс, — ветер доносит до меня тихое, змеиное шипенье. Глава 69 Люба Стою в коридоре больницы и рыдаю. Перед глазами жуткие события этих суток. Как папа сорвался с цепи и избивал Германа. Я думала, он его убьет. Кровь… ее было так много. Я ничего не могла сделать. Я просила его остановиться, но папа был на себя не похож. Никогда его таким ранее не видела. Понимаю, это из-за меня. Но не надо было так. Что он сделал? Разве решил вопрос? Только все усложнил. Потом была скорая. Полиция. Звонок дедушке и бабушке. Естественно, они вытащили папу очень быстро. Мы поехали к ним. Там все им рассказали. Бабушка меня утешала. Дедушка говорил с папой. Они закрылись в кабинете. А меня бабушка отпаивала горячим какао в гостиной. Она у меня хорошая, хоть порой холодная и отстраненная. Но если нужна помощь, она никогда не откажет. — Люб, я поеду поговорю с твоей матерью. Но ты не должна верить только одному источнику. Знаешь, порой все куда сложнее, чем кажется. А ты даже не выслушала Германа. Не дала ему шанса оправдаться. Так не должно быть. — Бабушка, что он может сказать! — воскликнула, глотая слезы. — Он… он с той теткой. И понимаешь, чем они там занимались… Там были всякие приспособления. Он был в костюме зайца. И ее слова. Она меня ударила… А он не защитил. — Но ты ведь его не выслушала. После всего он вернулся к тебе. Скорее всего, хотел все объяснить. А твой отец сорвался. И нет ему оправданий. Себя надо держать в руках всегда. Это залог успеха. Но с ним мы разберемся. А ты должна слушать свое сердце. Если есть хотя бы один шанс спасти твою любовь, ты не должна его терять, — бабушка погладила меня по голове. |