Книга Полуночные ведьмы тоже влюбляются, страница 59 – Надежда Соколова

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Полуночные ведьмы тоже влюбляются»

📃 Cтраница 59

— Не надо! — Гришка поднял руки. — Не склеивай! Пусть она будет разбитой! Пусть будет доказательство! Доказательство того, что ты не идеальный! Я буду на неё показывать и говорить: «Вот! Вот чашка! Он её разбил! Он не идеальный! Ура!».

Я слушала это из гостиной и, честно говоря, начала думать, что мой дом сошёл с ума. Но в то же время я понимала, что это нормально. Это притирка. Это когда все привыкают друг к другу. И, может быть, это даже хорошо. Может быть, это и есть жизнь. Не тишина. Не покой. А вот это. Шум. Ворчание. Разбитые чашки. Кот, который дрессирует историка. Домовой, который радуется разбитой чашке. И ведьма, которая смотрит на всё это и думает: «Господи, за что мне это. И почему я, кажется, начинаю к этому привыкать».

На пятый день мы с Дамианом поссорились. Не сильно. Из-за ерунды. Он сказал, что я слишком много сплю. Я сказала, что я полуночная ведьма, и это моя биология. Он сказал, что биология — это не оправдание. Я сказала, что он историк, и его мнение здесь не учитывается. Он сказал, что он не историк, а человек, который заботится. Я сказала, что мне не нужен человек, который заботится, мне нужен человек, который не трогает мою сметану. Он сказал, что это не он трогает сметану, это Васька. Я сказала, что Васька не мог бы трогать сметану, если бы он её не кормил. И так далее. И так далее. Мы ссорились минут десять. Потом оба замолчали, посмотрели друг на друга и засмеялись. Потому что это было глупо.

Глава 21

Шло время, и я начала замечать странную вещь: мне нравилось, что Дамиан рядом. Не то чтобы я ему об этом говорила — я ведьма, я гордая, я не признаюсь в таких вещах даже под пытками, — но факт оставался фактом. Я привыкла к нему. К его тихому «доброе утро», которое он говорил, даже когда утро было не очень добрым. К его чашке на столе, которая стояла рядом с моей. К его сапогам у порога, которые он всегда аккуратно ставил в угол, чтобы не мешать. К его голосу, который доносился из гостиной, когда он читал что-то вслух — не мне, а просто так, себе под нос, потому что историки, оказывается, всегда читают вслух.

Я заметила это на восьмой день. Проснулась — как обычно, в полдень — и первое, что услышала, был не Васькин храп и не Гришкино ворчание, а тихий голос Дамиана из гостиной. Он что-то говорил. Не мне. Ваське. Я прислушалась.

— …и тогда Аргел сказал: «Я не полечу. Я боюсь». А его брат, который уже летал, сказал: «Ты не бойся. Ты просто зажмурься и прыгай». И Аргел зажмурился и прыгнул. И полетел. И врезался в гору. Но потом встал и сказал: «Ну, я, кажется, умею летать». И с тех пор все драконы летают с открытыми глазами. Чтобы не врезаться. И, между прочим, Васька, это очень важная история. Она про то, что иногда надо просто прыгнуть. Даже если боишься. Особенно если боишься.

— М-р-р, — сказал Васька.

— Вот именно, — согласился Дамиан. — Ты понимаешь. Я знал, что ты поймёшь. Ты умный кот.

Я лежала в кровати и слушала это, и, честно говоря, не знала, что и думать. Дамиан разговаривал с Васькой. Как с человеком. Как с другом. И Васька, который обычно шипел на всех, кто пытался с ним разговаривать, слушал. Слушал и мурлыкал. Мурлыкал. Я даже не знала, что он умеет мурлыкать. Я думала, он только шипит и ворчит. А он, оказывается, умеет мурлыкать. И мурлычет он Дамиану. Не мне. Ему.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь