Онлайн книга «Мой светлый ангел»
|
— Ты говорил, что уже вмешивался в душевное состояние людей, — вспомнила я. — Да, дважды, — согласился Навроцкий. — И что потом сталось с этими несчастными? — Они умерли, — спокойно ответил Владимир. — Не возмущайся, мой ангел. Эти, с позволения сказать, несчастные были законченными негодяями. — Ты не Господь Бог, чтобы решать, кому жить, а кому умирать. — Не спорю. Но тогда я был молод, ужасно на них зол, и не знал, что подписываю им смертный приговор. Они сделали то, что было мне нужно, а потом покончили с собой. Но не сразу, а спустя несколько недель после моего воздействия. Знаешь, мне их не жаль. Полина же — совсем другое дело. Я надеялся сделать ей ментальное внушение, чтобы она не помешала нашему отъезду, и в дальнейшем не строила каких-либо препятствий. Отвергнутые женщины, знаешь ли, очень опасные существа. — Что именно ты ей внушил? Он замялся, но потом все же ответил: — Я приказал уйти с нашего пути. Надеялся, что в конечном итоге все обойдется простой женской истерикой. Вот она и ушла. Я уже говорила, что он идиот? — Ты допускал возможность, что Полина может умереть? — Допускал, — он опустил голову и уставился на пожухлую траву. — Но не думал, что это произойдет так быстро. — Чудовище, — пораженно выдохнула я. — Гадкое чудовище! Навроцкий не ответил. Мне же захотелось развернуться и уйти. О чем еще нам говорить после таких откровений? — Я не желал ее смерти, — повторил Владимир. — Я просто хотел забрать тебя из Светлого. — И что ты намерен делать теперь? — спросила я. — Наденешь мне на голову мешок и увезешь с собой? Он посмотрел на меня с грустной улыбкой. — Ты мне этого не простишь. — Не прощу, — согласилась я. — Что ж. Ты меня увидел, прощенья попросил, увозить силой не собираешься. Что тебе от меня нужно еще? Он встал и подошел ко мне почти вплотную. — Мне плохо, Маша, — сказал Навроцкий, глядя мне в глаза. — Все мои демоны встали передо мной и давят моими же собственными мыслями. Я задыхаюсь, Маша. Вокруг меня мерзость и пустота. Люди, которые смотрят на меня восхищенными взглядами, не знают, что я — фальшивка, пустой фасад разрушенного старого дома. Последние недели я чувствую ото всюду могильный холод. Он сковывает меня в постели, догоняет в дороге и в кабаках. Я страшно мерзну и никак не могу согреться. А свою гниль я вижу едва ли не воочию, Маша! Я будто бы давно умер, но продолжаю ходить по земле, и сеять вокруг себя раздоры и несчастья. Мне отвратительна такая жизнь. Но жить по-другому я не сумею. Как бы не старался, я все равно буду приносить горести и беды. Все равно буду один. Он судорожно вздохнул, а потом упал передо мной на колени. — Я так тосковал по тебе, Маша, — продолжал Владимир, глядя на меня снизу вверх, — что иногда мне казалось, будто ты, невидимая, находишься рядом со мной. Мой теплый светлый огонек, помоги мне. Прошу тебя. Я опустилась на колени рядом с ним. Когда же наши глаза оказались на одном уровне, едва не задохнулась от нежности и мольбы, которые отражались в его взгляде. — Как мне тебе помочь? — спросила я тихо. — Ты такая красивая, — сказал Владимир, заворожено глядя на меня. — Такая чистая, искренняя, настоящая. Знала бы ты, как хочется мне к тебе прикоснуться! Любовь моя… Позволь мне тебя поцеловать. |