Онлайн книга «Бывшие. Два солнышка для Морозова. Сибирское лето»
|
— Баб Шур, я с удовольствием возьму. Только не бесплатно! — выдвинула условие Алиса. — Козье молоко, оно ж дорогое. — Это оно у вас, в городе, дорогое, а я тебе так даю. Куда мне эти деньги? Солить что ли? Ты чего в такую рань поднялась-то, девонька? — Да в город надо ехать, работу искать. — Ага, не обманула, стало быть, Нинка-то, — изрекла старушка и тут же оживилась: — А ты поезжай одна, я с твоей егозой посижу. Зачем дитё в город таскать? А мы с ней и Дуньку мою подоим, и пирогов напечем, пока ты ездишь. — Что, правда? — Алиса сначала обрадовалась, а потом сникла, договорила нехотя: — Баб Шур, спасибо за помощь, но не согласится Рина тут одна, без меня. Испугается она, что я её тут оставлю. Пожилая женщина глянула на Алису остро, протянула задумчиво: — Ишь ты, вот оно, значит, как… — потом одернула сама себя: — А то, правда, чего это я, старая, мелю тут тебе? Дитё только приехало, не знает ещё никого, а я её от мамки забираю. На-ка вот, свеженькое всё, — она сунула Алисе в руки пакет, в котором оказалась литровая банка молока и коробочка с домашним творогом. — Баб Шур, правда, спасибо. И за помощь, и за продукты, — Алиса улыбнулась старушке. — Вы ж мне всегда как родная были. — Да уж помню тебя, егозу! Кузьминична сколько раз тебя по деревне с хворостиной искала! — улыбнулась та в ответ и подытожила: — Ну не буду вам мешать! Кушайте. — Мы вечером к вам придем с Дунькой знакомиться. Можно? — Приходите, чего ж нельзя-то? Баб Шура развернулась и поковыляла обратно, а Алиса вошла в дом, поставила продукты на стол в кухне и пошла будить дочку. — Ринок, — она подошла к кровати, погладила дочку по щеке. — Просыпайся, малыш, нам в город надо съездить. По делам. — А я? — дочка смотрела на неё испуганными глазенками, не разобрав спросонья всего, что сказала ей мать. — И ты со мной! — успокоила. — А потом мы с тобой вернемся и пойдем с козой Дунькой знакомиться. — Правда? — сон с Рины слетел моментально. — Правда. — А мне можно будет козу погладить? — Можно, — улыбнулась Алиса. Она могла бы оставить дочку у баб Шуры, но не стала рисковать, знала — девочка испугается. А раз, так, то значит в город они поедут вдвоем. Вчера вечером Алиса решила, что пока ждет свои документы, хотя бы походит по школам, узнает, что и как. Директором в первой школе оказалась женщина в строгом костюме, с плотно сжатыми губами и недовольным лицом. Выслушала Алису, поджала губы ещё сильнее и тут же заявила: — У нас нет вакансий. И вообще, вы слишком мало работали после декрета, да ещё к тому же в другой области. До свидания. Во второй школе, расположенной на окраине, директором был мужчина лет пятидесяти, смотрел на Алису снисходительно. Выслушал молча, кивал, пока она говорила и вдруг спросил: — А вы замужем? — Разведена, — ответила Алиса твердо. — Одинокая женщина с ребёнком — это ненадежно. Вы будете часто брать больничные, потому что у вас маленький ребенок. Извините. Алиса вышла, сжав кулаки — её дочь почти не болела! Но разве это кому-то объяснишь? В своем городе она работала десять лет. Десять! И никто не говорил, что она ненадежная. Третья школа была частной, с высоким забором и охраной на входе. Директор, молодой парень в дорогом костюме, даже не стал её слушать, спросив сразу: |