Онлайн книга «Пышка. Тайный поклонник для разведёнки»
|
— Уходи, Аля, — голос Тимура прозвучал как приговор. — И если ты ещё раз посмеешь заговорить с ней в таком тоне, я куплю этот квартал и выселю тебя из твоей квартиры только за то, что ты портишь мне воздух. Аля не ответила. Она закрыла лицо руками, развернулась и почти бегом бросилась прочь, цокая каблуками по асфальту, словно спасаясь от огня. На тротуаре снова стало тихо. Только вдалеке шумел город. Я выдохнула, чувствуя, как из плеч уходит напряжение, и тут же Тимур развернул меня к себе. Его руки легли мне на талию, притягивая так близко, что я почувствовала, как бьётся его сердце. Оно билось так же часто, как моё. — Что такое? Я просто защищала свою честь, — выдохнула. — И честь твоих цветов. — К чёрту цветы, — пробормотал он. Он наклонился и накрыл мои губы своими. Не нежно, не осторожно. Жадно, властно, требуя и забирая. Его пальцы зарылись в мои волосы, сжимая их, а моя рука легла ему на грудь, чувствуя под дорогой тканью твёрдые, напряжённые мышцы. Когда он наконец отстранился, его лоб лежал на моём. Мы оба тяжело дышали. — Пойдём, — хрипло сказал он, не отпуская меня. — Я голоден. И больше не хочу делить тебя ни с кем. Глава 15 Тимур. Мы вошли в квартиру. Дверь за нами щёлкнула, отрезая от мира. Лена сбросила туфли, стянула с плеч пиджак и повернулась ко мне. В её глазах всё ещё плясали чёртики после уличной перепалки. — Ну что ж, — сказала она, снимая серёжки-тыковки и кладя их на тумбочку. — Миссия выполнена. Вор пойман, бывшая унижена, честь спасена. — Да, — я расстегнул пуговицы пальто. — Ты была великолепна. — Спасибо. — Она улыбнулась, но улыбка была какой-то… слишком правильной. — Значит, завтра я соберу вещи и вернусь в отель. Я замер. Рука, снимавшая пиджак, остановилась в воздухе. — Что? — Я не вор, Тимур, — она пожала плечами, избегая моего взгляда. — Коробку нашли, оснований держать меня здесь, под домашним арестом, больше нет. Воздух в прихожей вдруг стал вязким. Я смотрел на неё — на её растрёпанный пучок, на красные от холода и поцелуев губы, на то, как она уверенно тянется к своему клатчу — и чувствовал, как внутри поднимается тяжёлая, тёмная волна. Уйти. Она хочет уйти. Вернуться в свою безликую гостиницу, в свой мир, где нет меня. Да как она смеет? — Нет, — сказал я. Голос получился низким, хриплым и абсолютно не подлежащим обсуждению. Лена подняла на меня глаза. — Прости, что? — Ты никуда не поедешь, — я сделал шаг к ней. Пространство между нами сжалось. — Ты остаёшься здесь. — Тимур, мы поцеловались, но это не значит, что ты можешь включать режим «тиран» и решать за меня, где мне жить. — Она подбородком показала на дверь. — Я взрослая женщина. И у меня завтра съёмка. — Съёмка в павильоне. До павильона пять минут. Здесь тебе удобнее. — Это не аргумент! — она топнула ногой, и это было так мило, что мне захотелось рассмеяться. Но я не рассмеялся. Я подошёл ещё ближе, нависая над ней, загоняя в угол собственной тенью. — Я сказал, ты остаёшься, — тихо произнёс, опираясь рукой о стену за её спиной. — Точка. Она задрала голову, глядя мне прямо в глаза. Я ждал, что она испугается. Или рассердится, может начнёт спорить. Но Лена только хитро прищурилась. — Хорошо, — медленно протянула она. — Я останусь. Но на условиях. Я сузил глаза. |