Онлайн книга «Слишком поздно»
|
— Так надо! – горячо шепчет отец. – Не выходи, пока я за тобой не приду или пока нас всех не прикончат! Он толкает меня к дыре, что ведет под пол, и я на четвереньках заползаю далеко-далеко. Прижимаю колени к груди и плачу как можно тише, чтобы меня не услышали. * * * Я окоченел и проголодался. Проплакал всю ночь до рассвета. Отец велел не высовываться, и я сидел смирно. Ни разу не пошевелился. Надеюсь только, что он не разозлится на меня, ведь я описался во сне. Последний раз я писался еще до прошлого дня рождения. Я слышу, как люди ходят по дому. Я не знаю, убили они отца или нет. Мама в спальне, откуда почти не выходит, а значит, они и ее могли убить. Зато меня они не убили, потому что я сделал все, как велел отец. Сидел тут и не шевелился, ждал, пока он придет за мной. Или пока не уйдут те люди. * * * Я очень сильно замерз и проплакал до самого захода, но все равно сидел смирно. Отец велел не шевелиться, вот я и не шевелюсь. Правда, ноги сделались как будто чужие, и глаза постоянно слипаются. Пить хочется уже не так сильно: рядом протекает труба, и я слизнул немного воды. Наверное, те люди все же убили отца и маму, потому что в доме очень тихо. С самого рассвета по комнатам больше не ходят. Отец велел не шевелиться, но будь он жив, то пришел бы за мной. А он так и не пришел. Я выползаю из-под пола. Снаружи темно, а значит, я просидел под домом больше целого дня. Если те люди правда убили маму и отца, то вряд ли стали бы сидеть потом в доме больше суток. Думаю, они давно ушли, и мне ничего не угрожает. Я встаю и тут же падаю. В ногах покалывает, пальцы болят. Заползаю вверх по крылечку к задней двери и только сейчас замечаю, что одежда вся грязная. Пачкать полы в доме боюсь, поэтому пробую оттереть землю о коврик при входе. Бесполезно, я все размазал по себе. Хватаюсь за ручку двери и подтягиваюсь. Ноги до сих пор слушаются плохо, но я хотя бы могу стоять. В гостиной в кресле сидит труп отца. У меня перехватывает дыхание. Я прежде трупов не видел и видеть не хочу, тем не менее надо убедиться, что в кресле правда отец, а не кто-то из тех людей. Я на цыпочках прохожу в комнату. От страха сердце чуть не выпрыгивает из груди. Подхожу к креслу сзади и делаю глубокий вдох, заглядываю сбоку. Смотрю на отца и немного удивляюсь: оказывается, мертвецы не так уж сильно отличаются от живых. Я думал, отец будет весь в крови, или кожа у него поменяет цвет, и он станет похож на призрака. А он такой же, как всегда. Я слышал, что мертвецы холоднее живых, поэтому пальцем тычу отцу в щеку, хочу проверить, какой он на ощупь. Он тут же хватает меня за руку и резко открывает глаза. Я аж вскрикиваю от испуга. — Где тебя черти носили, пацан? – спрашивает отец, окинув дурным взглядом мою одежду. – Весь в грязи! Я-то думал, он умер. А он живой. — Я под полом сидел, ты сам меня вчера туда отправил. Обещал прийти и забрать. Отец больно стискивает мне руку и подается ближе. — Не смей меня будить, если я задремал, мелкий выродок! Теперь бегом в душ. Воняешь, как канава засранная! С этими словами он отталкивает меня, а я пячусь и все не могу понять: как он жив-то? Я думал, что приходили те люди. Я думал, что они убили его. Отец хватает меня за шкирку и выталкивает из гостиной. Он ведь обещал прийти и забрать меня, а сам, видать, вовсе забыл, что я под полом. |