Онлайн книга «Сезон отпусков»
|
— Надо подснять реку с дрона, – говорит мужчина, стоящий на высоком берегу. – А закадровый текст будет о покупке участка после исчезновения предыдущего владельца… — Это Сэм, – шепчу я. Нолан кивает и притягивает меня ближе, чтобы я не боролась с течением и чтобы скрыть нас от взгляда людей с берега. — Я видел его сегодня – выходил из офиса «Наместника» на Главной улице. — Да, эта компания и купила землю. — Если снимать в сумерках, в туман или при сильной облачности… Захвати металлоискатель… Мы неподвижно и тихо стоим в воде, голос Сэма отдаляется – он продолжает осматривать территорию, заходить на которую ему нельзя. Губы у меня дрожат. Я продолжаю смотреть в направлении, откуда доносятся слова Сэма, хотя слышать его становится все труднее – дождь колотит по воде, а в ушах стоит гул. Хотя я чувствую на себе взгляд Нолана, в ответ смотреть не хочу. До тех пор, пока он не шепчет нечто столь неожиданное, что напугавший нас Сэм внезапно становится далеким воспоминанием. — Ты просто прекрасна, – заявляет Нолан. Я смотрю на него и пытаюсь хоть что-то разглядеть. — Да? Тебе, наверное, мерещится, что я состою из каких-нибудь светящихся червей или чего-то подобного. — Нет, – возражает он. Не знаю, понимает ли Нолан, что до сих пор держит меня за руку. Или что его большой палец гладит повязку на обожженной коже. Или что он может причинить мне боль, если захочет. Легкого нажатия на рану будет достаточно – он может ясно напомнить, что мы все еще враги. Однако вместо этого он поднимает другую руку, медленно и осторожно, словно боясь спугнуть меня, и проводит по изгибу моей щеки, от которой теперь тоже пахнет тиной. — Хотя теперь, когда ты заговорила, на твоем лице и правда появились светящиеся черви. — Отлично. — Но я подумал, что ты прекрасна, когда мы впервые встретились. Палец скользит по линии челюсти, опускается к шее и касается бьющейся артерии. Нолан следит за движением своей руки, и его прикосновения кажутся одновременно и благоговейными, и запретными. Я изо всех сил стараюсь не закрывать глаза. Сердце готово выпрыгнуть из груди. — А потом ты понял, кто я. — От этого ничего не изменилось. — Нет. От этого изменилось все. Он смотрит мне прямо в глаза, его ладонь по-прежнему лежит на моей шее. Нолан мог бы так легко обхватить ее руками и сжать. Один удар сердца – и мое тело унесла бы река. Мгновения – и воздух вышел бы из легких, сменившись водой. Может, Нолан тоже думает об этом, потому что он не отрывает от меня взгляд, когда отнимает пальцы один за другим, а затем опускает руку. Между нами повисает тяжелое молчание. Что-то темное, холодное и потустороннее. Мы все еще смотрим друг на друга, и тут голос Сэма возвращается – видимо, он поворачивает обратно к дороге. Наша связь не рвется, когда он проходит мимо. Даже когда спустя несколько мгновений захлопывается дверь машины. Однако стоит нам услышать, как автомобиль проезжает по ближайшему мосту, нить между нами обрывается, и мы возвращаемся на берег. Мы стоим на камнях наверху и оглядываем кладбище. И только тогда Нолан наконец отпускает мою руку. Туман Нолан — Я давно не водила машину, – говорит Харпер, уставившись в зеркало заднего вида и поправляя его. Она прикусывает губу, и все ее движения будто окутаны ореолом света. Нужно перестать пялиться на ее рот. Но это чертовски сложно, когда человек перед тобой настолько красив, что сердце сжимается каждый раз, когда ты вынужден отводить взгляд. Она словно ангел, ее кожа озарена переливающимися цветами, светится изнутри. |