Онлайн книга «Сезон отпусков»
|
— Да, у нас ведь конкурс садоводов, который нам предстоит выиграть, правда, Артур? – говорит она, и в ее тоне слышна вымученная бодрость. Каждое слово будто вот-вот треснет, разорвется и обнажит глубину ее боли. Взгляд Харпер на мгновение скользит к телу рядом с ней, прежде чем она заставляет себя улыбнуться. – Мы же не хотим проиграть Саре Уинкл. В прошлом году была довольно сложная борьба. Челюсть Артура двигается, будто он пережевывает собственные мысли, белые брови нахмурены, а на лице проступает гнев. — Сара Уинкл… Эта пресная бездарная выскочка. Харпер смеется сквозь слезы и кивает. Хотя она и старается незаметно смахнуть влагу с ресниц, в ее глазах все равно сияют горе и беспокойство. — Да. Та еще бездарность. Вы должны посмотреть и сказать, нравится ли вам мой лось, потому что с ним пришлось повозиться. Может, дадите мне пару советов. — Лось, точно. Хотя Артур и выглядит уставшим, он, кажется, заинтересовался этой идеей. Свет, отсутствовавший в его глазах, возвращается, совсем ненадолго, словно тусклая искра среди пепла. Долгое время старик смотрит на ближайшее надгробие, по-прежнему прикусывая нижнюю губу, точь-в-точь как Харпер, когда погружена в раздумья. И, глядя на то, как она смотрит на него, я понимаю: это не просто дружба. Это родство душ. Харпер делает шаг к Артуру и берет его под руку. — Поехали домой. Мы приведем вас в порядок. Я начищу те самые туфли от Кристины Риччи. Похоже, ваша обувь испачкана кровью. — Стефано Риччи, ну что за невежда. — Виновата. Не хотите рассказать, что случилось? — Этот мужчина… – говорит Артур, пока она ведет его к машине. – Мужчина с той отвратительной маленькой собачонкой. Он ударил меня. — Вижу. Вы немного порезались. — Я старый человек, Харпер. Он ударил старика. Невоспитанный негодяй, приехал в наш город, чтобы его бестолковая собачка гадила повсюду, а сам он избивал стариков Гиблого Мыса. Я презираю его. — Что ж, он получил по заслугам, – говорит Харпер, и между ними повисает тяжелая пауза. – Он ведь заслужил это… да? — Да. Конечно, заслужил. Жестокий, ужасный человечишка. Я подбираю шприц и разбросанные флаконы, кладу их в сумку Артура и следую за ними. Затем прячу сумку под водительское кресло. Закончив, я возвращаюсь к телу, чтобы не рисковать еще больше взволновать Артура своим присутствием. Остатки их разговора доносятся до меня лишь обрывками, пока Харпер усаживает Артура на пассажирское сиденье, достает из багажника одеяло, чтобы укрыть колени, и помогает пристегнуть ремень. Убедившись, что ему удобно, она закрывает дверь, решительно возвращается к семейному участку и подходит ко мне, стоящему рядом с остывающим телом. — Боже мой, дела плохи, – голос Харпер звучит тихо и напряженно, а руки отчаянно сжимают лицо. – Ужасно плохи. С тем же успехом Артур мог бы вырезать свое имя на лбу этого типа. Я буквально вижу отпечаток рукоятки его гребаной трости. Мы оба наклоняемся чуть ближе к телу. Действительно, очертания характерной изогнутой рукоятки с волчьей головой, украшающей трость Артура, отчетливо отпечатались на коже покойника. — Господи, – с шипением выдыхаю я, и мы оба выпрямляемся. – Что нам делать с собакой? Харпер хмурится, затем наклоняется и поднимает ее. — Я отнесу… – она читает имя на жетоне и закатывает глаза, – Королеву убийц – господи, хуже имени не придумаешь, – обратно к Марии, в дом. Там этот парень и остановился. Если оставлю калитку приоткрытой, его жена, вероятно, решит, что Королева сама нашла дорогу домой. Надеюсь… |