Онлайн книга «Сдавайся»
|
Лосев серьезно кивает. Ни самодовольной улыбки, ни снисходительного выражения на его лице больше нет. — Он очень вас любит, — шепчет Лена. — Все матчи смотрел. Даже когда все не очень складывалось. Ну, вы понимаете… У него над кроватью ваша фотография. И еще он знает все ваши… — Да-да, я понял. Лосев осторожно переступает порог палаты. За ним топают Турбо и Кабан. Остальные протискиваются следом, стараясь не шуметь, как и было велено. Я захожу одной из последних. И первое, что вижу, — Левку. Он кажется еще меньше, чем был вчера. Одеяло почти полностью скрывает худенькое тело. Из-под него торчат только тонкие руки с проступающими голубыми венками. Щеки запали, кожа стала почти прозрачной. Но глаза… Глаза загораются так ярко, что на секунду я перестаю замечать все остальное. — Ма… Он не договаривает. Потому что видит Лосева. И просто замирает с открытым ртом. — Привет, чемпион. Левка моргает. Начинает часто-часто дышать. Из-за чего парни напрягаются, потому что они-то не в курсе, что это просто эмоции. — Привет. Ничего себе. Ты настоящий! Вау… Вы все. У Лосева дрожат уголки губ. — С утра был настоящий, ага. По палате прокатываются смешки. Даже Анна Георгиевна улыбается. Глядя на это, Левка тоже начинает смеяться. Вернее, пытается. Получается слабенько. Лосев медленно опускается на корточки возле его кровати. Так их глаза оказываются на одном уровне. — Это тебе. Он протягивает свернутую футболку. Левка осторожно берет ее обеими руками. Разворачивает. Нежно гладит эмблему клуба, касается пальцем фамилии. Так осторожно, будто прикасаясь к настоящему чуду… — С автографом, — неловко говорит Лосев. Левка улыбается шире. — Спасибо… Я все ваши матчи смотрел. — Ну, знаешь, некоторые лучше было не смотреть, — фыркает Турбо. — Ну уж нет, — неожиданно серьезно отвечает Левка. — Настоящие болельщики своих в беде не бросают. В палате снова становится тихо. Кабан отворачивается к окну. Турбо поднимает взгляд к потолку. Момент такой щемящий, что я, чтобы не заплакать, начинаю часто-часто дышать — точно как мой умирающий племянник. Если честно, способ не очень рабочий. Немного меня отпускает, лишь когда парни вместе с Левкой пускаются в анализ последних игр. Чуть расслабившись, прислоняюсь к стенке, у которой стоит Артем, то ли не решившийся, то ли не захотевший продвинуться дальше. Левка, смеясь над очередной шуткой Турбо, вдруг случайно поднимает голову, глядя аккурат в нашу сторону. Первую секунду ровным счетом ничего не происходит, но практически тут же его глаза широко распахиваются, едва не вываливаясь из орбит. — Ух ты… И Боженька здесь… Боженька? Лена испуганно вскидывает голову. — Левушка… Она крепче сжимает его ладонь. — Солнышко, ты о чем? Я тоже холодею. Неужели… Нет. Пожалуйста, не сейчас. Левка недоуменно косится на мать. Потом фыркает с таким видом, будто его что-то ужасно развеселило. — Мам… — Что? — Боженька. — Он кивает в сторону Артема. — Это же его прозвище. Артем хмыкает под нос. — Прозвище? — растерянно переспрашивает Лена. — Как странно. — Ничего странного, — вмешивается Лосев. — Тренер в свое время играл как бог. Скажи же? — делает он Левке сливку. — Ага. Как бог… Круто. — Эй, малой. Я ревную. Левка хихикает, то и дело бросая восторженные взгляды то на ребят, то на Артема. Видя это, тот, наконец, подходит поближе, чтобы пожать тощую руку Левки. Я смотрю на это все и едва не реву. Последние сутки мои слезные железы живут какой-то отдельной, невероятно насыщенной жизнью. Пора с этим завязывать. Но как? |