Онлайн книга «Барышня-попаданка 1»
|
— Говори, кого я там должна помочь тебе убить? — мрачно интересуюсь я у своего «братца». — Владимира, твоего жениха, — Никита отвечает мне с таким спокойным видом, будто мы с ним погоду обсуждает. Вот же маньяк! — Владимира? Но зачем? Что он тебе сделал? Он ведь хороший человек! — Может быть, — равнодушно пожимает плечами Никита. — Тогда почему он? — возмущённо спрашиваю я. — Единственный след Владимира в истории в том, что он остался запечатлённым на одном из портретов Третьяковки, — Никита самодовольно откидывает со лба белокурую прядь. — Всё. Больше никакой пользы. Ни детей, ни героических свершений, ни научных изысканий. Поэтому я и выбрал его своим подопытным кроликом. Что будет, если убить его до того, как он будет позировать для портрета? Портрет исчезнет? Владимир исчезнет с портрета? Хотелось бы это проверить. С твоей помощью, разумеется. — Ты ненормальный! Я не стану помогать тебе убить моего жениха! — я в гневе пинаю кресло, на котором сидит Никита. — Открою тебе небольшой секрет — я живу с тобой в одном доме, а Владимир частенько сюда заглядывает. Иногда на чай остаётся. Мне не составит труда что-нибудь ему подлить или подсыпать, — хохочет Никита. Мой гнев его, видите ли, веселит! — Так почему тогда тебе не попробовать сделать это самому? Зачем тебе я? — Ну, что поделать, есть у меня такая маленькая прихоть. Да ладно тебе, я же знаю, что ты его не любишь! Просто сменила предыдущего жениха на этого чтобы замуж подольше не выходить. Скажи честно, хочешь вернуться домой? — как змей-обольститель интересуется у меня Никита. — Конечно хочу! — с жаром отвечаю я. — Вот и помоги мне. А я окажу ответную услугу — скажу, как найти часы, с помощью которых ты вернёшься в двадцать первый век. — Я и без тебя справлюсь! — я снова в гневе пинаю Никитино кресло, и он вновь хохочет. Ненормальный! — До этого же не справилась. Тогда почему сейчас так уверена, что у тебя получится найти часы без моей помощи? Мысль дельная, хоть и принадлежит Никите. И я решаю всё же пораскинуть мозгами в эту сторону. — Ну хорошо, допустим, помогу я тебе. Где гарантия того, что ты поможешь мне вернуться, а не бросишь меня здесь в качестве очередного дурацкого опыта? — У меня нет гарантий. А у тебя нет другого выбора. Так что соглашайся, или я вернусь домой без тебя. Я-то знаю, где находится мой артефакт, так что мне не составит труда вернуться хоть сегодня, хоть завтра. — Хорошо, — скрепя сердце соглашаюсь я. — И как ты предлагаешь мне убить жениха? Застрелить? Зарубить саблей? Какие ещё виды убийства распространены в девятнадцатом веке? — Дорогая моя Дашенька, ты такая кровожадная! К чему пистолеты и сабли, когда есть старый добрый яд? Подольёшь его Владимиру в утренний кофе, князь скончается, и мы с тобой отправимся домой, проверять, остался ли в Третьяковке тот портрет. — Давай свой яд. — Что, вот так сразу? Ну хорошо, — Никита достаёт из кармана, судя по всему, заранее подготовленный пузырёк, и вручает его мне. — Инструкцию написать, или так запомнишь? — С памятью проблем нет, но для верности всё же напиши. — Ишь, хитрая какая. Знаю я тебя — я по доброте душевной напишу инструкцию, а ты потом будешь её кому-нибудь как улику показывать. Нет уж, так запоминай. — Хватит время попусту тратить, рассказывай. |