Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»
|
Вечером он позвонил Петру насчет следующего четверга. Я в своей комнате перебирала заметки, накопившиеся за неделю. За стеной Антон засмеялся, и я улыбнулась, хотя не расслышала шутки. Когда я закрыла тетрадь, Антон уже закончил разговор. В его комнате горела лампа. Он лежал на разложенном диване поверх покрывала и смотрел в потолок. — Занят важным? — спросила я с порога. — Очень. Привыкаю никуда не собираться. — Можно с тобой? Он протянул руку. Я устроилась рядом, положила голову ему на плечо. Сначала мы говорили о пустяках, потом перестали. Его ладонь легла мне на спину, я подняла лицо, и он поцеловал меня. Я хотела его — сегодня, здесь, среди еще не до конца знакомого порядка вещей. Позднее я вернулась в свою комнату. Антон проводил меня до двери и задержал мою руку. — Завтра я рано. Ты спи. — Я собираюсь. — А вечером можем никуда не ходить? — Можем. Купишь хлеб по дороге? Он посмотрел на пакет, который стоял на кухонном столе, и мы одновременно рассмеялись. — Это у нас уже есть, — сказал он. Я поцеловала его еще раз и пошла к своей кровати. В доме остались две спальни. В одной из них за стеной устраивался на ночь мой любимый мужчина. Глава 20. Не проси забыть В конце октября Марина подозвала меня и кивнула на посетителя у стойки. Он стоял к нам спиной. Марина держала в руках его карточку заказа с таким видом, словно в ней обнаружилось тайное послание. — Что? — тихо спросила я. — Левая сторона ниже? Я посмотрела на плечи, на линию воротника, на свободную складку под лопаткой. — Он стоит на одной ноге. — Я вижу. — Тогда пусть сначала встанет на две. Марина кивнула, подошла к заказчику и попросила повернуться к зеркалу. Он оперся на обе ноги, расправил плечи, и все встало на место. Я вернулась к своему столу. Через минуту Марина оказалась рядом. — Вот так и живем. Сначала ищем ошибку в крое, потом обнаруживаем человека. — Ты это запиши. — Я скажу, что придумала сама. — Так ты и придумала. Она улыбнулась и унесла карточку. Мне нравились такие минуты на работе: короткая задача, точный взгляд, вещь, которая наконец выглядела правильно на живом теле, а не на плоском листе. Я провела ладонью по ткани, проверила линию и продолжила размечать следующую деталь. В тот четверг Антон собирался на футбол. Утром, пока я наливала себе чай, он спросил, не против ли я позднего ужина, и я ответила, что все равно хочу после работы немного посидеть над текстом. — А потом могу за тобой зайти, — добавила я. Он поднял глаза от своей чашки. — На поле? — Если ты там, то на поле. — Приходи. Только не обещай, что будешь за меня болеть. — Почему? — Вдруг я сегодня плохо играю. Придется выбирать между мной и правдой. — Я могу болеть за тебя, когда ты плохо играешь. Он посмотрел на меня внимательнее, потом улыбнулся. — Ладно. Но комментарии принимаются после душа. Я знала, во сколько они заканчивают и как пройти к боковым воротам. После работы я зашла в магазин за молоком и яблоками. Дома было тихо. На кухонном столе лежал один лист с цифрами: Антон подсчитывал, сколько мячей осталось у команды и кому вернули деньги за общую покупку. Рядом стояла его кружка. Я убрала молоко в холодильник, повесила куртку и прошла к себе. На большом столе было немного тесно из-за раскрытой книги, но это была моя теснота. Я передвинула книгу к краю, придвинула кресло, включила лампу и достала карандаш. |