Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»
|
— Переезжаете? — Коробки переезжают, — сказала я. — Мы пока дома. Антон беззвучно засмеялся, не оборачиваясь. Я видела, как дрогнули его плечи. Мы оставили картон и не сразу вернулись. У подъезда было тепло. Я села на низкую ограду клумбы, Антон встал рядом. На его запястье осталась красная полоса от бечевки. Я взяла его руку и провела большим пальцем по этой полосе. — Завтра сможешь? — спросила я. — До трех. Потом мне к себе надо. — Успеем. Наверное. — Если стол перестанет отращивать углы. Я прижалась лбом к его плечу. Он обнял меня за шею, осторожно, чтобы не зацепить заколку. Наверху меня ждала некрасивая промежуточная квартира: мягкое кресло в коридоре, папки на диване, стол в неправильном месте. Я не любила жить посреди перестановки. Но возвращать все назад ради одного спокойного вечера мне уже не хотелось. Глава 14. Куда поставить стол В воскресенье я проснулась лицом к шкафу и не сразу поняла, чего не хватало. Потом вспомнила: кровать все еще стояла после вчерашней попытки чуть наискось, а привычный кусок окна скрывала высокая спинка рабочего кресла. Я отодвинула его, открыла штору и постояла босиком у стекла. Утро было светлым. На боковой дорожке, которую из гостиной почти не было видно, мужчина нес очень большую картину изображением к себе. Я увидела только раму и его ноги. Мне сразу стало интересно, что он прятал: семейный портрет, морской пейзаж или собственную неудачную покупку. Я взяла с письменного стола лист и записала: «Все знали, что он нес картину. Только никто не знал какую». Потом обнаружила, что стою посреди комнаты и улыбаюсь. Стол еще стоял неудобно, сверху лежала приготовленная вчера бумага. Я положила исписанный лист рядом и потянулась за вторым: хотелось добавить, как прохожие оборачивались вслед картине. Антон приехал в десять с небольшим пакетом. Я открыла ему дверь с карандашом за ухом. — Уже все сама передвинула? — Нет. Написала про картину. — Это лучше или хуже? — Легче. Он поцеловал меня в уголок рта, потом увидел карандаш. — Ты хоть спала? — Спала. А ты? — Тоже. Час назад Петр прислал мне фотографию той реки. Она там есть. — Сдаешься? — Еще не решил. На фотографии река есть, а даты нет. Я отняла у него телефон, посмотрела на совершенно мирный изгиб воды и вернула. — Серьезные у вас отношения. — Временами. Мы переставили кровать к другой стене. Антон снял покрывало, я убрала подушки, и пустая кровать стала вдруг легкой на вид, хотя на деле легче не оказалась. Вчера мы все время мешали друг другу. Сегодня один мог отступить, а второй повернуть. Письменный стол поставили у окна. Я села за него еще до того, как мы вернули лампу. Отодвинулась, встала, открыла нижний ящик. Он выехал до конца, и Антон сделал рукой торжественное приглашающее движение. — Прошу. Все владения. Я убрала в ящик приготовленную вчера бумагу, вынула один лист, положила обратно и закрыла. Потом снова открыла. — Это уже жадность, — сказал он. — Вчера не дали. Сегодня наверстываю. Он подошел сзади, положил руки мне на плечи. В стекле отражались мы оба: мои темно-каштановые волосы, его короткая стрижка со светлыми висками, ладони на моих плечах. Я подняла руку и накрыла его пальцы. Мы второй день двигали один стол и сейчас улыбались друг другу в стекле. |