Онлайн книга «Измена. Она сказала нет»
|
Я открыла холодильник — внутри всё было аккуратно, по полочкам, и от этого порядка даже как-то спокойнее становилось. Нашла стейки, которые, видимо, лежали тут ещё до моего приезда, и решила: пусть будут. Приготовила их не слишком прожаренными, но и не «с кровью», надеясь угадать; сделала лёгкий салат с рукколой, помидорами и сыром фета — просто, но чтобы чувствовалось, что старалась. А на десерт испекла шарлотку с корицей — ту самую, от запаха которой, как мне казалось, даже самые тяжёлые мысли становились чуть светлее. Пока пирог пёкся, я стояла у духовки и ловила себя на том, что впервые за долгое время улыбаюсь просто так, без причины. Когда вечером приехал Максим, я сразу поняла: день у него выдался не из лёгких. Он вошёл, поставил портфель, стянул пиджак — и в этом движении было столько усталости, что мне захотелось просто сказать: «Сядь, ничего не делай, я всё сделаю сама». — Привет, — тихо сказала я, стараясь не звучать слишком бодро, чтобы не раздражать эту его тяжёлую тишину. — Я приготовила нам ужин. Не знала, что ты предпочитаешь, так что… как-то так. — Я показала рукой на стол, будто извиняясь за то, что вообще решилась что-то приготовить. Максим замер на секунду, втянул воздух — и впервые за вечер в его лице что-то дрогнуло, чуть смягчилось. — Пахнет так, что я сейчас готов простить кому угодно любые ошибки, — устало, но с лёгкой улыбкой ответил он, проходя к столу. — Стейк? Ты рисковая. Не все умеют их готовить. — Ну, я старалась, — пожала плечами, пряча неловкость за будничными движениями: пододвинула тарелку, налила воду в стакан. — Если будет невкусно — скажи. Я не обижусь. Наверное. Он отрезал кусочек, попробовал, кивнул: — Вкусно. Серьёзно. Ты меня спасла. Сегодня был такой день, что бутерброд с сыром казался недостижимой роскошью. Мы сели. Первые несколько минут ели почти молча — но это молчание не давило, а, наоборот, давало передышку, будто каждый из нас мог просто посидеть и выдохнуть. Потом я всё-таки не выдержала. Мне нужно было знать, что хоть что-то движется. — Слушай… А как продвигаются дела с разводом? — спросила я осторожно, будто ступала по тонкому льду. — Прости, что спрашиваю. Просто… мне важно понимать, где мы сейчас. Максим отложил вилку, чуть откинулся на спинку стула, будто собираясь с мыслями. — Продвигаются, — наконец сказал он. — Не так быстро, как хотелось бы, но двигаются. Твой адвокат уже подал документы, есть несколько моментов, которые нужно дооформить. Но самое сложное не бумаги, а то, что кто-то обязательно захочет потянуть время. Я кивнула, сжимая пальцы под столом, чтобы не выдать, как сильно внутри всё сжимается. — Костя, — произнесла я почти шёпотом, скорее утверждая, чем спрашивая. — Да, — спокойно подтвердил Максим. — Он уже пытался что-то оспорить. Но у него не получится затянуть это надолго. У тебя всё оформлено грамотно, и я прослежу, чтобы процесс шёл без проволочек. Я выдохнула — первый раз за день по-настоящему, глубоко, так, что даже плечи опустились. Будто тяжёлый рюкзак, который я таскала с собой неделями, наконец-то можно было поставить на пол. — Спасибо, — тихо сказала я. — Не за еду, не за стол… А за то, что ты просто берёшь и делаешь это. Что не говоришь: «Сама разберёшься», не делаешь вид, что это не важно. |