Онлайн книга «Измена. Папа в 50»
|
— Я не хочу, чтобы моя дочь узнала от чужих, — прошептала я. — У неё свадьба. — Узнает, — сказал Горин честно. — Вопрос только — как. Вы либо скажете сами, либо ей скажут “добрые люди”. Лучше вы. Я закрыла глаза на секунду. Да. Лучше я. — Вы возьмёте дело? — спросила я. Он посмотрел прямо: — Возьму. И советую готовиться. Развод — это всегда грязно. — Я уже в грязи, — ответила я тихо. — Справлюсь. Он кивнул, будто услышал главное. К матери я приехала вечером. В подъезде пахло краской — соседи опять что-то делали. Дверь мама открыла быстро, будто стояла у глазка. — Проходи, — сказала она, и по голосу я поняла: она уже знает, что я не просто “в гости”. На кухне у неё всё было как всегда: чистая скатерть, аккуратные полотенца, тарелки на месте. В этом порядке было что-то спасительное. Как будто можно зацепиться за привычное и не упасть. Я села, долго молчала. Мама тоже молчала — дала мне эту минуту. Потом спросила просто: — Ну? Я сжала пальцы на кружке с водой. — Мам… он сделал ребёнка другой женщине. Мама даже не ахнула. Она только опустила глаза и вдруг коротко рассмеялась. Не весело. Горько. — Вот ведь… — сказала она. — Папа в пятьдесят, значит. Я подняла голову. — Ты уже знаешь? — Я не слепая, Аврора. Он изменился. А если изменился, значит что-то не то, — мама махнула рукой. — Теперь все понятно. Я хотела что-то ответить, но в этот момент в прихожей хлопнула дверь. — Мам! Бабуль! — голос Леры. Сердце у меня ухнуло вниз. Не так я хотела. Не сейчас. Не вот так. Лера влетела на кухню с пакетом каких-то свадебных мелочей, сияла, как всегда, когда была в делах. Потом увидела меня. И улыбка сползла. — Мам? — она растерянно замерла. — Ты чего тут? Ты же всегда вся в работе. Мама посмотрела на меня. Я поняла: тянуть нельзя. Если я сейчас промолчу, она узнает завтра от кого-то еще, потом возненавидит меня за то, что я скрыла. — Лер, сядь, — сказала я. Она медленно поставила пакет на стол и села. Лицо стало белым. — Мам, не пугай… Я смотрела на свою дочь и чувствовала, как боль становится ещё острее: потому что она ни в чём не виновата. — Папа… — слово “папа” застряло, — у него другая женщина. Она беременна. И… я подаю на развод. Лера смотрела на меня, будто не понимала язык. — Это… это шутка? — прошептала она. Я покачала головой. И вот тут её прорвало. — Я отменяю свадьбу, — резко сказала она. — Всё. Я не хочу! Я не буду улыбаться, когда… — Лера! — я поднялась так резко, что стул скрипнул. — Нет. Она тоже вскочила, глаза блестели от слёз и злости. — Как “нет”? Он же… — Ты тут ни причём, — сказала я и почувствовала, как у меня ломается голос. — Это касается только меня. И мне с этим разбираться. Ты не должна в это лезть. — Мам, — Лера смотрела на меня, как ребёнок, который вдруг увидел мир страшным, — но как ты… как ты будешь жить? Я пойду к нему… Мама вмешалась с кухни жёстко: — Ты не лезь. Мать взрослая. Сама решит. Лера повернулась к бабушке: — Бабуль, ну как “не лезь”? Это же… — Это мужики, — отрезала мама. — Они всегда считают, что им всё позволено. Не смей! Отменить свою свадьбу из-за своего отмороженного папаши? Лера снова посмотрела на меня: — Ты… ты ему не простишь? И вот тут я почувствовала, как внутри встаёт что-то твёрдое. Не холодное, не “железное”. А живое и злое. |