Онлайн книга «Саня»
|
Потом она углубляется наполовину и начинает сосать активнее. Впервые в жизни баба перед минетом не устраивает спектакль с соплями и не причитает: «Ой, какой большой, он же не влезет!» — а просто берёт и сосёт. Зарываюсь пальцами второй руки в её волосы, слегка сжимая на затылке. Эмка делает наглый глоток, заглатывая до самого горла, и у меня в глазах окончательно темнеет. — Блядь, Эмилия! Резко перехватываю её за волосы, фиксируя голову. Движения становятся рваными, грубыми — вбиваюсь прямо ей в горло по самые яйца. Она цепляется пальцами за мои бёдра, держится, не отстраняясь ни на сантиметр, и глотает всё до последней капли. Выдёргиваю член из её рта, тут же нагибаюсь, подхватываю её под сочные бёдра и в один рывок поднимаю с колен на ноги. Эмка ахает, инстинктивно обвивает ногами мою талию, цепляется руками за шею и сразу прилипает своими горячими, влажными губами к моим. Слепо, не размыкая поцелуя и пьянея от этого контакта, проношу её через тёмный коридор на кухню. Врезаюсь бедром в косяк, задеваю плечом выключатель — свет вспыхивает, резанув по глазам, но мне похуй. С глухим, сочным стуком — с размаху сажаю её прямо на кухонную стойку. Рву пуговицу на её шортах. Скрежет молнии, одно жёсткое движение вниз — и шорты вместе с белыми кружевными трусиками летят на пол. Эмка остаётся на столе в одной рубашке. Она инстинктивно пытается свести ноги, но я тут же вклиниваюсь между её коленями, фиксируя бёдра и вставая вплотную, чтобы наверняка. — Эм... Пока ещё действительно не поздно. Эмка подаётся вперёд, обхватывает меня за шею, наклоняется к самому уху и горячо шепчет: — Александр Евгеньевич... Я отлично переношу алкоголь. И медленно, провокационно проводит языком по моей мочке. Я на секунду прикрываю глаза, выпадая из реальности от кайфа, а потом до меня резко доходит смысл сказанного. Отстраняюсь и хмурюсь: — Подожди. Как? Ты же с пары бокалов... — Я не была пьяной, — она смотрит абсолютно чистым, ясным взглядом и слегка прикусывает губу. — Мне просто было очень неловко. — Ты сейчас серьёзно? — Вы злитесь, что я соврала? — Нет, Эма. Я спрашиваю: ты сейчас серьёзно, будучи абсолютно трезвой, хочешь со мной потрахаться? — Нет, Александр Евгеньевич. То, что я сейчас полуголая сижу перед вами на столе — это всё ваше коллективное воображение! Она фыркает и пытается оттолкнуть меня в грудь, собираясь слезть со столешницы. Хватаю её за талию и со смешком притягиваю обратно на край. — Давай без фокусов. Не дуйся. Я этого события, между прочим, несколько недель ждал. Снимаю футболку через спину и кидаю на пол. Подхватываю её за упругие ляжки, не давая сбежать. Эмка моментально соображает, что её сейчас ждёт, и откидывается назад, упираясь локтями в столешницу. Раздвигаю её ноги шире, вклиниваясь между ними. Наконец-то. Вся эта её неприступная крепость, все инструкции и строгость смыты к чертям. Передо мной — горячая, розовая, узкая щелочка, которая уже откровенно течёт, блестя в свете кухонной лампы. И сейчас ей, блядь, ничуть не неловко передо мной ноги раздвигать. Насколько бы Эмка ни отличалась от остальных баб, я любую до оргазма доведу — это проверенная временем математика. Без малейшего стеснения нагибаюсь и с ходу ныряю языком прямо в её раскалённую киску, жёстко трахая её в самую глубину. |