Онлайн книга «Саня»
|
Плохо только одно — домой отпускать не хочется нихуя. Минут через тридцать всё-таки сдаюсь. Ещё немного — и у неё шея завтра не повернётся, а виноватым назначат меня. Причём справедливо. Наклоняюсь и легко трогаю её за плечо. — Кис, вставай. Приехали. Эмка начинает медленно выплывать из своего анабиоза, недовольно морщится, но просыпаться не торопится. Такая смешная сонная рожа получается, что я невольно улыбаюсь и трогаю ещё раз, уже настойчивее. — Эм. Домой пора. — М-м... — Она кое-как разлепляет глаза и пытается понять, кто я такой. — Мы приехали? — Не, я тебя в случайном дворе разбудил. Люблю разнообразие. — Дурак. Голос хриплый после сна. Даже это мне, блядь, нравится. Она наконец распрямляется, оглядывается на свой дом за окном и пытается пригладить волосы. Бесполезное занятие. Мне и так хорошо. — Я давно сплю? — Ну так, полчасика покумарила нормально, — хмыкаю я, опершись локтем о руль и пожирая её взглядом. — Полчаса? — Она уже нормально просыпается и сразу принимается возмущаться. — Саш, почему ты меня не разбудил? — А нахера? Ты выжатая как лимон была. Держала оборону до конца. Тем более наверху Паша с Зойкой сто процентов трахаются. Чего им мешать? — Господи, Саша. — Сон с неё окончательно слетает вместе со смешком. — Ты можешь хоть раз не обсуждать чужую половую жизнь? — Могу. Если своя насыщенная. — Понятно. — Вот и я о том же. Несколько дней уже обсуждать нечего. За эту фразу получаю взгляд. Не злой — скорее предупреждающий, но я всё равно послушно захлопываю рот. Эмка устраивается обратно в кресле и некоторое время возится с цепочкой клатча, которую умудрилась во сне намотать на запястье. Потом ловит мою довольную рожу. — Саш, просто скажи прямо, что не хотел со мной расставаться. — Так это и так очевидно, кис, нахуя сотрясать воздух? — не отказываюсь я от очевидного. Она всматривается в моё ебало, разглядывая синяки под глазами и сжатые челюсти, и голос убавляет: — А ты сам-то как после ресторана? Я тебя сегодня таким злым ещё никогда не видела. От воспоминания о батиной роже снова хочется закурить, хотя давно пора перестать позволять ему так легко нажимать на нужные кнопки. — Да ну, перетопчусь, — машу рукой. — На такой эффект в этой жизни только мой дед способен. Но ты вообще за эту хуйню не переживай, у меня всё схвачено. Он ради того, чтобы мать его окончательно простила, на Красную площадь в трусах выйдет и гимн споёт. Я ей завтра позвоню, поплачусь, расскажу, как папочка обижает единственного сынка. Она ему за завтраком мозги чайной ложкой вынет и обратно вставит уже правильно. — Ты в тридцать с лишним всё ещё жалуешься маме на папу? — Не жалуюсь, а использую семейные рычаги влияния. Я бизнесмен, кис. Работаю имеющимися ресурсами. Уже готовлюсь получить что-нибудь ещё про маменькиного сынка, но Эмка вместо этого вдруг подаётся ко мне через консоль и целует в щёку, едва касаясь губами кожи. Вот только после почти суток, за которые я уже успел привыкнуть к запрету на любые попытки приблизиться, даже такая мелочь шарахает приятным теплом куда-то под рёбра. А главное — она не спешит возвращаться на свою половину машины. Остаётся рядом, придерживаясь рукой за край моего кресла, и я чувствую её дыхание возле лица. Парфюм за вечер уже почти выветрился, зато остался её собственный запах — волосы, кожа, что-то сладкое от косметики. |