Онлайн книга «Лютая любовь»
|
Помню я этого потеряшку! Был человек и исчез. Вроде уехал в одночасье. С женой не ругался. Не пил, не гулял. Баб на стороне не трахал. Вкалывал как проклятый. Любил свою семью. А потом раз! И бросил жену с двумя дочками. Уехал в Омск. Деньги там снял. Большие деньги. А потом канул, будто его и не было. Вспоминаю жену, полную такую блондинку. Все рыдала на плече у сестры. И дочки маленькие к ней жались. А оно вот как повернулось… Надо Зорину позвонить, может прискочит из своего Адлера, возьмет под контроль дело Бахметьева, а то на Ромку надежды мало. Тянусь за сотовым и не нахожу. Твою мать! На пункте дпс я его забыл, что ли? Совсем с катушек съехал. «Вернуться надо бы», — тоскливо смотрю на приборную доску. Но куда там! Уже сто километров проехал. Если вернусь, опоздаю в Коношу. Может, на это весь расчет и это была постановка? Кто-то меня задержал специально. Ладно, час времени я нагоню, говно вопрос. А вот три — уже проблема. И домой вернутся поскорее хочется. Криницкий, зараза, на всякие выкрутасы способен. И если у него загорелось под задницей, на все пойдет. Торможу на следующем пункте ГИБДД, прошу передать мне телефон. Пусть хоть в Вологду привезут, что ли? — Так у нас нет ничего! — восклицает капитан в недоумении. — Где вы его оставили, Савва Николаевич? — На столе, наверное, — закипаю от бешенства. — Тут пусто. Иначе бы я сразу отправил бы человека. Или вашему сотруднику б передал. — Как нет? — рычу глухо. Капец, ситуация! Точно подстава. И как меня угораздило влипнуть. И главное, я как гребанный долбоящер, айфон на стол положил. Вот где мозги были? А еще зубастиков ругаю, когда сам идиот! В первом попавшемся поселке торможу около салона компьютерной техники. Покупаю самый простой самсунг и карту к нему. И только сейчас понимаю, как я влип! Из всех номеров телефонов я помню только Борьки Зорина. Ему и звоню. — Зорро, брат! Скинь мне номера, — диктую короткий список. — Да я не против, Саввушка, — усмехается Зорро. — Только сначала докажи, что это ты. — Как доказать, бро? — выдыхаю устало. А сам мчу дальше. Останавливаться нельзя. Неизвестно, что еще Криницкий выдумает. — Ну расскажи мне что-нибудь, что знаем только мы с тобой, милый, — задушевно предлагает друг. Глумится надо мной, сука. Но я его понимаю. Сейчас технически любой голос можно подделать. — Что рассказать? — выдыхаю в трубку. — Ладно, слушай. Ире, твоей сестре, изменил один мудак. Она с горя пошла в проводницы. Ты его поймал как-то в подворотне и отвесил люлей. А он тебя за руку укусил, снял побои в судмедэкспертизе и накатал заяву. А мы с тобой поехали к моему бательнику и там раздразнили Тайсона. Этот гад тебя кусанул точно в место укуса. И мой папа тогда обеспечил тебе алиби… И еще виски налил. А мы с тобой… — Ладно, не продолжай, — ржет в трубку Борька. — Это точно ты, Клим. Что и тебя нахлабучили? Ты же следак опытный. Все мансы знаешь… Наверное, о Гуле своей думал? — Да пошел ты, — огрызаюсь я. И откинув телефон сторону понимаю простую истину. Я не помню Гулин номер. И его нет ни у кого… «Так! Стопэ» — размышляю, выруливая на трассу. Они с Лидкой созванивались и с Марьяной. Лидкин номер точно есть у Зорина. — Борь, — звоню снова. — Ты мне еще сеструхин телефон скинь… — Моей или твоей? — ржет в трубку Зорро. |