Онлайн книга «Лютая любовь»
|
Остается работа. Тут все на нервяках, как обычно. Но камни с неба не падают. Медведя я допросил. Вытащил из него признательные показания. Теперь его ждет небо в крупную клетку, а меня какая-нибудь медалька и внеочередное повышение в звании. Так глядишь скоро до полкана дослужусь. Папины эполеты мне не светят. Да я и сам не хочу. Слишком много надо выложить. А я не готов. У меня теперь семья. Гуля. Машина напрочь застревает в пробке, хоть мигалку ставь. Дождь лупит по лобовому стеклу, дворники смахивают воду в разные стороны. Смотрю на них, а мыслями возвращаюсь домой, к Гуле. Какая же она сладкая, моя девочка. Скакала на мне сегодня как заведенная. Обнимал ее за бедра обеими руками и взлетал вместе с ней куда-то ввысь. Стоит только подумать, как член поднимает голову. «Да погоди ты, — морщусь как от боли. — Сам к ней хочу. Нам с тобой до позднего вечера куковать». А сам будто наяву вижу обнаженную Гулю, вспоминаю, как приподнявшись на локте ловил губами розовый сосок и схожу потихоньку с ума. Хоть разворачивайся и езжай обратно. «Ептиль, у меня же служба», — вздыхаю досадливо. И перестроившись в левый ряд, выставляю на крышу сирену. С ней дело идет быстрее. Народ пропускает, а я хоть вовремя приезжаю в контору. — Климов зайди, — заглядывает ко мне в кабинет полкан, стоит только снять куртку. — Ага, сейчас, — плетусь, пытаясь понять, с какой стороны шарахнет. — Ты в курсе, что вместо Криницкого срок отбывает какой-то левый дядя? — хмуро интересуется он, стоит мне войти. — А должен? — спрашиваю с ухмылкой и тут же поправляюсь. — Никак нет, товарищ полковник. Это не наша юрисдикция. Пусть УФСИН отвечает, кого они там вместо Криницкого приняли. — Надо съездить в Коношу, Савва. Проверить. А если там УФСИН замешан, прикинь какой клубок раскрутим. И сколько голов полетит. Оформим как допрос по делу Артамонова. Пусть даст свидетельские показания. Они там дружили крепко. — А потом оба сели, — усмехаюсь я и напеваю песню Высоцкого. — Сгорели мы по недоразумению… Он за растрату сел, а я за Ксению… — И опомнившись, заявляю поспешно. — Не могу, Владимир Иванович. У меня свадьба в следующую субботу. Вы же приглашены с Миленой Романовной… — Да помню я. Супруга уже из салонов красоты не вылазит, — крякает полкан и добавляет душевно. — Сгоняй, Саввушка. Мне больше послать некого. Молодые и зубастые в упор Каменецкого не узнают. Или на лапу примут. Зорин в Адлере, Марченко на больничном. Остаешься только ты. По-быстрому сгоняй, шороху наведи. А там я тебе на смену пришлю кого-нибудь из зубастиков. — Они хоть что-то умеют, кроме как щеки надувать? — усмехаюсь зло. Где-то в глубине души уже поднимает голову чуйка и тренькает противным голоском. А я говорила! — Так учи их, — огрызается полкан. Ему самому по горло наш молодняк. Эффективные менеджеры, блин. Ничего еще не умеют, мало что понимают, а уже как комнатные орлы расправляют плечи. Морщусь словно от зубной боли. — Давай, Саввушка, туда и обратно сгоняй, а? — слезно меня просит полкан. — А я тебе тогда отпуск по полной подпишу. Поедешь в Сочи со своей Гулей Игнатовной… — Ринатовной, — поправляю на автомате. А сам себе мысленно даю щелбан. Твою мать, совсем я замотался. Так и не пробил настоящего Гулиного отца. |