Онлайн книга «Лютая любовь»
|
— Хитрая девочка, — смеется Савва. — Тогда ни тебе, ни мне. И снова заваливает меня на постель. Не успеваю охнуть, как сильные руки разводят мои бедра в стороны. Савва толкается внутрь, растягивая меня до предела. — Какая же ты узкая, Гуленька. Обалденно узкая, — шепчет он, двигаясь. Сперва тихонько, а затем прибавляя обороты. Цепляюсь обеими руками за предплечья, будто тону. И захлебываюсь от накатившего безумия. — Тсс, девочка, тсс, — с последним толчком целует меня в висок Савва. И упав на постель, мгновенно переворачивается на бок. Тянет меня за собой. — Как ты? — убирает взлохмаченные волосы с моего лица. — Умерла и воскресла, — шепчу, зарываясь лицом в широкую грудь. — Да ладно, — смеется Савва. Аккуратно давит на подбородок, не давая спрятаться. Накрывает мои губы своими. И целует так нежно и бережно, что у меня подворачиваются пальчики на ногах. — Все, спокойной ночи, Гуленька. Давай хоть немного поспим. Прикрываю глаза и сразу же проваливаюсь в легкую безмятежную дрему, будто в облаках парю. Никаких сновидений. Чувствую каждое прикосновение Саввы. Лениво глажу его по спине и не могу заставить себя не касаться. Пальцы словно в старом знакомом танце скользят по сильному бедру. Расслабленная рука падает на ягодицу и инстинктивно сжимает ее. — Тебе все мало, девочка, — добродушно ворчит Савва. — Так я не против, — переворачивает меня на спину и снова вторгается внутрь. А я принимаю его всего без остатка. И больше всего хочу, чтобы этот мужчина навсегда остался в моей жизни. Только как его приручить, если он как кот, который гуляет сам по себе. — Не знаю, кто там был у тебя первым… Из наших или из ваших, — толкнувшись в последний раз, падает рядом Савва. — Но он полный идиот, — выдыхает порывисто. — Такую женщину упустил… Долбоящер. Прикрыв глаза, прикусываю губу. Больно. Очень больно. И зачем только Савва напомнил сейчас. Я стараюсь не вспоминать. Хоть и забыть не получается. Но каждый раз сердце останавливается, стоит только подумать. Выныриваю из волшебного облака и падаю навзничь на холодную землю. Тянусь к Савве. Прижимаюсь всем телом. Только в его объятиях я могу согреться. Только рядом с ним чувствую себя защищенной и желанной. Впервые в жизни чувствую! Приказываю себе не вспоминать о прошлом. Было и нет его! Но мысли упрямо возвращаются в родительский дом. Там, наверняка подходит к концу скандал. Отец, накричавшись, хватается за грудину и с видом мученика валится на диван. А мама… Мама хорошо знает свою роль в этом спектакле. Подсовывает под голову отца подушку, накрывает пледом, а затем бежит на кухню, лихорадочно капает корвалол в чашку и так же бегом возвращается обратно. Отец выпивает мутную жижу. Вздыхает тяжко и, крепко взяв мать за руку, прикрывает глаза. На впалых холеных щеках появляется чуть заметный румянец. А в голосе слышатся истеричные нотки. Ринат ровным и четким голосом излагает свои требования. А мать соглашается. Всегда соглашается с любым решением отца. Даже спорить никогда не пытается. А зачем? Ее муж всегда прав. — Гуль, я ляпнул что-то не то? — всполошившись, поднимается на локте Савва. — Прости. Я особо никогда не вникал в ваши традиции. Если обидел, готов искупить, — пожирает меня жадным взглядом. — Я даже знаю как, — улыбаюсь через силу и добавляю торопливо. — Все нормально, Савва. Все хорошо. |