Онлайн книга «Бобровый пруд. Грань жизни»
|
— Десять лет назад, в выпускной речи ЦВУ, вы говорили об одержимости расследованием. И при этом упомянули свою главную загадку, над которой бились всю жизнь. Калейк с интересом посмотрел на Тэ. — Я понимаю, что вот так прийти и за десять минут узнать то, чему вы посвятили жизнь, слишком нагло. Но... при всём уважении, это не моя великая загадка, господин Калейк. Для меня это лишь очередное звено в цепочке улик, ведущих к раскрытию дела, из-за которого я и решил стать военным следователем. — Так значит, всё-таки у вас есть одержимость, господин Варан? — заулыбался бывший профессор. — Почему же вы тогда промолчали? — Потому что это дело личного характера, — ответил Тэ и после вопросительного молчания Калейка добавил: — Я расследую судьбу своих предков. Калейк ждал. — Которые в семьсот двадцатом году таинственно исчезли из «Мербута», — закончил Тэ. — Политические заключённые, — понимающе кивнул старый следователь. — Действительно, не лучшая тема для классной аудитории. Так какую именно малость для вашего большого дела вы хотите услышать от меня, господин Варан? Впервые за долгое время Тэ улыбнулся. Калейк молодец. — Имена. Вы сказали, что у вас осталась только одна гипотеза. Неподтверждённая. Но я не сомневаюсь в ваших выводах, господин Калейк. Мне нужны имена трёх правителей Республики. — Я тоже не сомневался в размахе вашей наглости, господин Варан. Хорошее качество, правда? Многими недооценённое. Калейк искренне улыбнулся и подошёл к окну. Тэ ждал. — Знаете, вы правда меня заинтриговали, — бывший профессор повернулся. — Вы же сами слышали, как я говорил на лекции о том, что ищу таких, как вы... Людей, отмеченных одержимостью. И вот вы хотите услышать три имени и уйти? Чертовски обидно... Расскажите мне, что вам удалось найти? Обещаю, это останется между нами. Тэ подозревал, что всё к этому сведётся. Калейк требовал плату, и Тэ был готов заплатить. Историей, способной разжечь одержимое сердце старого следователя. — Так получилось, что в детстве я долгое время жил с дедом. Хотя по факту он был мне прадедом. Однажды дед признался, что его родителей забрали в тюрьму, а сам он сбежал и всю жизнь скрывался под вымышленным именем. Тогда я ещё ничего не знал о революционных преследованиях учёных — в школах этому не учат. А в общедоступных книгах по истории упоминается настолько вскользь, что кажется, это единичные случаи. Я обещал деду докопаться до истины. Добравшись до архивов ГВСУ, я обнаружил правду. Степан и Кариша Литарак, инженеры института прикладной физики, в мае семьсот двадцатого года были отправлены в «Мербут» за государственную измену. А в августе этого же года бесследно исчезли. Я перерыл всё, что мог, но больше никаких следов не нашёл. Вы сами знаете, что происходило в то время: уличные беспорядки, административный хаос, перестройка производства... Я пришёл к единственно логичному на тот момент выводу. Их расстреляли без суда и следствия. Глаза Калейка блестели. — Но вы уже поняли, что сделали ложное заключение? Да, господин Варан? — Да... И в этом помогла простая айларская сказка о Великом Черве, который вместе с Катабаром и другими отверженными этим несовершенным миром странствовал по земле, пока не уснул. — Великолепно... — мечтательно сказал Калейк. — Мне бы эту сказку тридцать лет назад. |