Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
Улыбка на лице гувернантки поблекла. Она невольно сжала край полотенца, которое все еще держала в руках. — Вани… — начала она и тут же осеклась. В кухне повисла напряженная тишина, нарушаемая только тихим гудением холодильника. Лили смотрела куда-то в сторону, лицо внезапно постарело, а в глазах мелькнула та же тень, которую Макс видел у отца и у Фридриха. — Вани… повзрослела, — наконец с трудом выговорила Лили, подбирая самое нейтральное слово. Голос ее прозвучал глухо. Круассан, который жевал Макс, вдруг показался ему безвкусным. Его представления о Ванессе Бергер окончательно рассыпались в прах. Образ не собирался. Вместо четкой картины избалованной принцессы был лишь темный силуэт. В кого выросла эта зубрила? И во что, черт возьми, он ввязался?
Три дня до начала учебы пролетели для Макса в странном спокойствии. Он съездил в дом родителей и повидал мать. Она была рада увидеть его раньше, чем ожидала. Максимилиан обычно приезжал домой на пару недель летом. И раз он теперь в Цюрихе, то планировал наведываться домой почаще. Вместе с Андерсом, он съездил и закупил школьную форму. Андерс оказался совсем не таким грозным как на первый взгляд, смеялся над шутками Макса, но на вопросы о Ванессе он как и остальные мрачнел и не отвечал. За все это время Макс так ни разу и не встретил Ванессу. Лили сказала, что она ест либо в своей комнате, либо у себя в кабинете. Да и дом был достаточно большим, чтобы разминуться в коридорах. Вначале Макс чувствовал себя не в своей тарелке. Завтраки и ужины в огромной столовой вдвоем с Фридрихом Бергером походили на странный ритуал. Они сидели за столом, рассчитанным на дюжину гостей, разделенные пространством и тишиной. Фридрих почти всегда просматривал что-то на планшете, лишь изредка отрываясь, чтобы задать пару коротких вопросов о военной академии, о дисциплинах, о физической подготовке, о преподавателях. Макс отвечал четко и по делу, чувствуя, что Фридрих не столько поддерживает светскую беседу, сколько проводит собственный анализ его компетенций. В воскресенье вечером, приготовив форму на завтра и разложив учебники, Макс почувствовал, как на него накатывает скука. Стены комнаты давили, а мысли о Мариан после разговора по телефону только раздражали беспомощностью. Он решил в который раз прогуляться по особняку. Войдя в просторную гостиную, его внимание привлекла фигура в кресле у разожженного камина. Это была она. Ванесса сидела, откинувшись на спинку кресла. Ноги, одна поверх другой, лежали на пуфике. Правая лодыжка была плотно замотана эластичным бинтом. Левая рука в гипсе, зафиксированная бандажом, была прижата к телу. На коленях лежала книга, страницы которой она методично перелистывала здоровой рукой. Простые шорты и свободная футболка не могли скрыть бледность кожи, и чуть желтоватые уже застарелые синяки, покрывавших ее руки и ноги. Она подняла взгляд, как только Макс вошел. В зеленых глазах отражалось пламя камина, делая ее странно не реалистичной. На лице не промелькнуло ни удивления, ни радости. Только оценивающий интерес, словно она рассматривала новый элемент интерьера. — Значит, ты и есть условие моего возвращения в школу, — произнесла она спокойным голосом. — Занятно. Максимилиан прошел, прислонился плечом каминной стойке и скрестил руки на груди. Он натянул на лицо свою нагловатую ухмылку, которую она должна была помнить с детства. Перед ним была действительно другая девушка. Та боевая тихоня с косичками, что отпечаталась в его памяти, разительно контрастировала с этой подтянутой и опасной фигурой. Ее взгляд был тяжелым, цепким и слишком не подходящим девушке ее возраста. |
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-88.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-88.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-88.webp)