Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
Ванесса вздохнула и посмотрела на ножницы. Они лежали в серебряном подстаканнике — тонкие и острые, купленные когда-то для того, чтобы подрезать кончики. Взяла их в руку, примеряясь. «Пойти к Жули? — подумала она. — Тогда отец точно узнает». Жули была парикмахером семьи с момента переезда в Цюрих. Маленькая и говорливая итальянка с умелыми руками, знала все секреты укладок и окрашиваний. Если Ванесса придет с жвачкой в волосах, Жули, конечно, не выдаст намеренно. Но скажет отцу. Потому что Фридрих Бергер имеет привычку знать все, что касается дочери. В который раз, мысленно назвав Селину идиоткой, поднесла ножницы к косе. — Спасать нечего, — вслух произнесла тихо.
Осторожно, стараясь не задеть нормальные пряди, срезала ровно по липкой границе. Жвачка осталась на отрезанном куске, и Ванесса с отвращением положила его на бумажное полотенце. Оставшаяся длина — чуть ниже плеча — смотрелась неровно, будто по волосам прошелся садовый секатор. «Всяко лучше, чем розовая слизь». Кое-как подровняв, насколько позволяло отсутствие навыка, оценила. Получилось неаккуратно, но терпимо. Завтра утром поедет к Жули. Надеясь, что клиентов в такую рань не будет. Закончив, Ванесса подняла взгляд. Замерла. Короткие волосы, белые, словно иней, обрамляли лицо. Хрупкие плечи, большие зеленые глаза, бледная кожа, тонкий нос. В полумраке, при свете лампы зеркала, она выглядела… — Точно призрак, — прошептала Ванесса, уголки губ дрогнули в болезненной усмешке. Не эфемерный призрак, которым дразнили вот уже как два года в чертовой академии. Призрак матери. Ванесса смотрела в отражение и видела Эванджелину. Мама всегда носила короткие стрижки. Смеялась, когда светлые, золотистого оттенка пряди падали на лоб. У нее были серые глаза. Но в остальном… В остальном Ванесса была маленькой копией. Те же острые скулы и изгиб бровей. Только волосы — белые, а не цвета спелой пшеницы. Редкая мутация, как сказали Отвела взгляд. Руки слегка дрожали, когда она отряхнула ножницы и положила на место. Отрезанные пряди, склеенные жвачкой, аккуратно собрала и завернула в бумажное полотенце, чтобы не пачкали. Спрятала на дно мусорной корзины. Собрав остатки волос, свалила их поверх, в ведро. Провела пальцами по срезу, чувствуя удивительную легкость. «Зато теперь можно не вычесывать и не заплетать по утрам», — подумала она. Выключила свет и дойдя до своей комнаты, легла в постель, натянув одеяло до подбородка.
Утром Ванесса спустилась к завтраку. Большая столовая поместья Бергеров была выдержана в светлых тонах: кремовые стены, высокие окна в пол, через которые лился утренний свет, тяжелые портьеры из итальянского шелка, длинный дубовый стол, выглядевший неуместно в своей монументальности. За ним редко собиралось больше двух человек. Отец сидел на своем обычном месте — во главе стола. Держал в руке чашку черного кофе, а перед ним лежал планшет, на котором, судя по быстрому скольжению пальцев, мелькали какие-то отчеты и графики. Как обычно по утрам, Фридрих Бергер был в белой рубашке с закатанными до локтя рукавами, без пиджака, но даже так, выглядел, будто готов в любую минуту отдать приказ, от которого зависят судьбы.
Она вошла практически бесшумно. — Bonjour, papa*, — сказала по-французски, садясь на свое место слева от него. [*Доброе утро, Папа] |
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-3.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-3.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-3.webp)
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-4.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-4.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-4.webp)
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-5.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-5.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-5.webp)