Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
— Если я окончу лондонскую школу, это практика языка. Ты сам знаешь, репутационно это выгоднее. К тому же цена ниже, чем в Розенхофе. Уинтерс-старший открыл рот. Закрыл. Собрался с мыслями и наконец заговорил: — Ты понимаешь, что там ты будешь как все — никаких привилегий? — Именно этого я и добиваюсь. — Скажи мне, что с тобой творится, в конце концов? Ричард долго смотрел на него. В глазах — все и ничего сразу. То, чего Александр никогда не видел у своего сына. Какая-то глубокая убежденность и решение, от которого тот не собирался отворачиваться. — Пожалуйста, пап. Александр поморщился: сын с малых лет не называл его так. Это было… что-то из другого времени. — Я никогда не просил тебя ни о чем, — голос Ричарда был тихим. — Я прошу тебя… Я хочу уехать. Больше не буду просить ничего. По возвращении стану идеальным. Как тебе нужно. Удобным. Послушным. Сделаю все, что скажешь. Уинтерс-старший молчал. «Сделаю все, что скажешь». Слова, которые Александр мечтал услышать годами, почему-то сейчас не звучали как победа. — Я подумаю. Ричард откинулся на спинку сиденья. Закрыл глаза. — Спасибо. Это решение не было спонтанным. Ричард прокручивал его в голове все те дни, что провел в гостевой комнате поместья Бергеров. Решение было простое, практически примитивное в своей логике: в ее жизни он был лишним. Если его не будет в академии, Лотта не найдет повода натравить на Ванессу старшеклассников. Не будет раздражения, которое концентрировалось вокруг его персоны и находило выход в ее сторону. Не будет женской ревности из-за его повышенного внимания. Не будет ничего. Просто нормальная жизнь для обычной ученицы. София, скорее всего, сдружится с Ванессой — он мог и не просить ее об этом. Даже в прошлой жизни она не строила подлянки, не распускала слухи и в чем-то даже восхищалась стойкостью Ванессы, особенно после разрыва с Ричардом. В университете они и вовсе неплохо общались. Внутренне Ричард лелеял надежду увидеть ее хотя бы раз перед отъездом. Просто убедиться, что она в порядке, но понял: если увидит — решимость испарится. Слишком хорошо себя знал. Нашел бы тысячу причин, чтобы остаться. Оставаться было нельзя, и не только ради нее. Нужно было решить еще одно дело. Еще один человек, которого ломали год за годом и которому он обязан помочь, пока ее улыбка не потухла окончательно.
Машина остановилась у ворот особняка Уинтерсов, Александр не вышел. Сидел, глядя перед собой, и ждал, пока Ричард неспешно выберется наружу. — Вернусь вечером. У меня еще дела в министерстве, — сообщил Александр. Ричард кивнул и захлопнул дверь. Он стоял на подъездной дорожке, вдыхая холодный январский воздух, и смотрел, как удаляется за поворотом автомобиль. Не торопясь побрел к дому — тело словно налито свинцом. Не успел коснуться входной двери, как она распахнулась. — Ричи! Ханна Уинтерс выбежала навстречу, в глазах матери плескался ужас. Она коснулась кончиками пальцев его лица — синяки, зелено-коричневые и желтые, были уже не такими яркими, но все еще заметными. — Боже. Ричи… — Ее пальцы скользнули по скуле. — Как же так? — Я в порядке, мам.
— В порядке? — Она приобняла его за талию, уводя в дом, и он, не сдержавшись, скривился от рези в ребрах. Ханна мгновенно остановилась, раздвинула полы куртки и приподняла футболку. Застыла, глядя на крупные, темные, начинающие желтеть разводы, расползшиеся по коже. |
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-245.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-245.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-245.webp)
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-246.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-246.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-246.webp)