Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
Самое сложное, что он откладывал, но не прекращал попытки сделать, — сообщить человеку, который точно может защитить Ванессу, о надвигающейся угрозе. Но что бы Ричард ни придумывал, как бы ни репетировал, ему не хватало смелости подойти. Как только видел Фридриха — слова заканчивались, а мозг вообще переставал работать. Он не знал, как сказать. Набрался смелости только к новогоднему приему, когда дальше тянуть время уже не было возможности. Дождался, когда отец скроется с коллегами по министерству в зале. И когда Фридрих останется один — подошел и заговорил. — Герр Бергер. Прошу простить. Я Ричард Уинтерс, сын министра финансов. Фридрих повернулся. Посмотрел на него — с ног до головы, тяжелым и оценивающим взглядом. — Я знаю, кто вы, молодой человек. Что вы хотите? Ричард вдохнул. — У меня есть основания полагать, что Ванессе угрожает опасность. И только вы можете защитить ее. Фридрих слегка напрягся. Осушил бокал одним глотком, пытаясь не выдать взглядом разгорающиеся эмоции. — Что ты употреблял, мальчик? Понимаешь, что и кому говоришь? — Я ничего не употреблял. И прекрасно понимаю, что говорю и кому. — Ричард репетировал эту ложь так, что сам в нее поверил. — Не так давно, я услышал фразу, которая не выходит у меня из головы. «Дочь — единственная уязвимость Фридриха». Он проговорил это почти на одном дыхании. Казалось, Фридрих даже не повел бровью. Но если бы он умел душить людей взглядом, Ричард уже задохнулся бы. — Где именно ты это услышал? — На приеме несколько недель назад, не успел увидеть, кто это сказал. Фраза выбила меня из колеи. Я не думаю, что это шутка. И сначала полагал, что, возможно, мне показалось…. Прошу вас. Вы же можете усилить охрану дочери. Он считывал реакцию Бергера-старшего: Фридрих явно полагал, что «сынок министра» под кайфом, и молча смотрел на него. А главное — Уинтерс прекрасно понимал, что, скорее всего, Бергер будет думать, будто Ричард выгораживает планы своего отца, поэтому и говорит туманно. Ричард понадеялся на паранойю Фридриха — пусть думает что угодно, лишь бы усилил охрану. — Может быть, ты слышал что-то еще? Кажется, ты говоришь меньше, чем знаешь. — Нет, сэр. Только это, — внутри все сжималось, но Ричард старался контролировать голос. Фридрих молчал. Долго. Смотрел на Ричарда так, словно пытался просветить его насквозь — найти ложь, игру, детские приколы, подвох. Не находил. Взгляд стал более настороженным. — Ты понимаешь, что говоришь мне о том, что моей дочери кто-то угрожает? — Голос Фридриха стал тише и опаснее. — И у тебя нет ничего, кроме фразы, которую ты якобы услышал в толпе? — Понимаю сэр.
— Ты пришел ко мне. Сын человека, который меня недолюбливает. Сообщить об этом. — Все так. Фридрих помолчал, затем медленно кивнул. — Я услышал тебя, Ричард Уинтерс. — Он произнес его имя так, словно выносил вердикт. — Я запомню то, что ты сегодня сказал, чтобы не случилось. — Понимаю. — Тогда иди. В следующий раз, когда решишь предупредить меня о чем-то подобном, приходи с фактами. Или не приходи вообще. Ричард кивнул. Развернулся. Пошел прочь — чувствуя спиной тяжелый взгляд. Он сделал, все что мог. Глава 33. Ты труп! Последний день каникул стоял в зените. Ричард выяснил, что из всех преподавателей Ванессы в каникулы работал только тот, что вел бухгалтерский учет и финансы. Каждый раз, когда он стоял и ждал ее автомобиль, сердце отбивало неровный ритм, отдаваясь во всем теле. |
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-230.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-230.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-230.webp)