Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
Мартин отшатнулся, его голубые глаза расширились от ужаса. — Ричард, ты рискуешь. Посмотри, как Лаваль вьется вокруг нее. Это серьезный противник. — Мартин, — голос Ричарда снова стал холодным и деловым. — Все, что от тебя требуется, — давать мне информацию, которую я запрашиваю. Думать о том, как я буду справляться с де Лавалем и прочими, — не твоя задача. Он сделал еще глоток, и его взгляд стал жестким. Он знал, куда нужно бить, чтобы отрезвить друга. — К тому же мой отец может устроить так, чтобы София… — он нарочно сделал паузу, видя, как побледнел Мартин, — …могла получить разрешение родителей на брак с тобой. Это был удар ниже пояса. Мартин открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Он понял, Ричард только что затянул ошейник на его шее. Александр Уинтерс, министр финансов, мог, одним словом, сделать брак сына советника по безопасности с девушкой из хорошей, хоть и не самой влиятельной семьи не просто возможным, а желательным и выгодным. Но и разбить этот союз он мог так же легко. Мартин потупил взгляд. — Ты просто слеп, Ричард, — тихо произнес он. — И можешь сильно обжечься. Ричард похлопал друга по плечу и в один глоток, осушив бокал, направился к Лили. На лицо снова легла маска безупречного спокойствия. Все оставшееся время настроение было на высоте. Лили о чем-то рассказывала, он кивал, улыбался, танцевал. Но мыслями был далеко. Думал о том, что она наконец посмотрит на него, неважно как, с ненавистью или страхом, но это будут эмоции, а не этот безразличный взгляд, которым Ванесса одаривала его все эти годы.
Середина февраля была холоднее обычного, но в кабинете Лауры Нойманн было, как обычно, душно, сегодня в комнате стоял запах сандала, почти успокаивающий. Ванесса сидела на кресле, прямая, напряженная, словно все мышцы разом заледенели. За последние четыре месяца, в которые этот кабинет стал для нее филиалом ада на земле, она ломала свою гордость и страхи. Лаура, словно хирург, препарировала ее на части и собирала по новому. Она научила ее дышать, смотреть, двигаться, имитировать возбуждение, которого не было, краснеть по команде. И рождать целую палитру стонов: от обжигающе-пошлых до сдержанных, грудных — одним лишь звуком заставляя идиотов в постели терять голову. Она возненавидела эти уроки, так, как ничего в жизни. Каждый раз переступая порог она преодолевала себя и желание убить эту женщину. И все же она не могла признать, ее тренировки приносили плоды, даже на начале обучения Ванесса спокойно реагировала на прикосновения Дюбуа, а уже в конце октября, без желания разбить нос партнеру, танцевала с де Лавалем. И на последних вечеринках, в том числе на новогоднем банкете, ее тело уже не кричало от опасности, заставляя иногда отлучится в дамскую, чтобы просто перевести дыхание. Все было естественно, контроль ума и тела был доведен до полного автоматизма. Но Лаура Нойманн не была бы собой, если бы не умела удивить. — Ванесса, — голос мадам был как всегда мягким. — В теории ты достигла потолка, пора переходить к практике. С живыми людьми. В зеленых глазах, направленных на наставницу, полыхнуло такое пламя, что обычный человек отшатнулся бы. Но Лаура продолжала сидеть, спокойно сложив руки на коленях. — Я предлагаю Андерса, — произнесла она ровно. |
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-154.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-154.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-154.webp)