Книга Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках, страница 83 – Сергей И. Венедов

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках»

📃 Cтраница 83

— Ну и как? Успешно?

— Куда там! Дырка! Зевал мячи через раз. Сам на себя злился и всё время лупил дурачка, который судил… Тот, правда, тоже был хорош, без конца свистел… Нарушение, нарушение… А Фефа колотил его по башке, как псих… Видно, это его забавляло…

Не потому ли Огонёк опять разговорился, что наступила ночь? В голосе его чередовались грустные и весёлые нотки.

— …и в то же время Фефа хотел, чтобы этого дурачка не прогоняли… говорил, что он правильно судит…

— И что с ним потом стало? — поинтересовался Адам.

Огонёк засмеялся и дважды пожал плечами:

— С Лёнчиком? Он хотел стать ударником! Представляете, ударником в джазе! Ну а сейчас как у всех: жалкий мопед, дрянная работа, нудная баба!

— А где он живёт, ты знаешь?

* * *

Дверь отворила Людмила, она же Люся для своих, и Фефа, почти оттолкнув её, поспешил войти в комнату.

— Лёнчик здесь? — спросил он.

— Нет.

Хозяйка закрыла дверь.

— Он взял машину?

Люся стянула поясок на халате и, не ответив, вернулась в ванную, где заканчивала стирку. Детей в квартире не было слышно. Из транзистора на столе посереди комнаты доносилась ритмичная музыка, которая пришлась бы по вкусу Лёне. Пели на английском, звенели электрогитары.

— Малыши ушли гулять? — спросил Фефа, открывая холодильник. Правый карман его куртки с глухим звуком стукнулся о белую пластиковую дверь.

— А тебе не всё равно? — буркнула Люся. — Если ты пиво ищешь, то пива нет.

— Лёнчик будет недоволен.

— Пусть будет хотя бы в первый раз…

Фефа достал бутылку обезжиренного молока и сделал несколько жадных глотков.

— Невкусное у тебя молоко.

— Обезжиренное.

— Ты на диете, что ли?

— На денежной, — Люся появилась в дверях ванной с капающей рубашкой в руках и презрительной миной на губах.

Фефа захлопнул дверь холодильника и смерил её оценивающим мужским взглядом. Людмила впервые так разговаривала с ним.

— Ну куда он делся? Что за хрень?!

Он достал сигарету из пачки, лежавшей на столе.

— Когда угоняют машины, надо иногда менять номера, разве не так? — сквозь зубы сказала Люся.

Фефа подошёл к ней, посмотрел ей прямо в глаза, швырнул незажжённую сигарету прямо в тазик со стиркой и ушёл в детскую комнату. Там, между двух детских кроваток, он опустился на колени и приподнял один матрас. Рядом со старым добрым Макаровым (ПМ) россыпью лежали пули, которые он сгрёб в ладонь, уселся на пол, достал из кармана свой точно такой же Макаров, проверил барабан и не спеша дозарядил его.

Адам остановил машину возле одной из пяти девятиэтажных башен, образующих квартал.

— Да, Лёнчик вроде тут обретался, — сказал Огонёк, — но в какой башне… э-э… не припомню.

— А как его фамилия?

— Тоже запамятовал…

— Давай вспоминай…

— Пытаюсь… какая-то смешная… у него ещё кликуха от неё пошла…

— Какой он из себя?

— Да какой. Никакой! Маленький, пухленький, как пончик. Во! Нашёл! Пончиком мы его звали. А фамилия — Поншин… Подходит ему в самый раз. Лёнчик-пончик!

Вечерело. На некоторых этажах уже замигал тусклый свет включённых телевизоров. Дети, небось, уселись перед экранами смотреть вечерние передачи.

— Тогда он уже был толстяком и нос раздавлен, боксом пытался заняться. Получил в нос и бросил. Наверное, ещё больше потолстел.

— Пончик, говоришь? — уточнил Адам.

Огонёк кивнул.

— А если бы ты его увидел, то узнал бы?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь