Онлайн книга «Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках»
|
Прикосновение мужа вывело её из задумчивости. Адам взял её руку двумя ладонями и сильно сжал. Вера улыбнулась и получила улыбку в ответ. Запотевшие окна кухни постепенно оттаивали, рассеивался и утренний туман за окном. Вдруг она выдернула руку, поднялась так резко, что стул отлетел к мойке, и выскочила из кухни. Удивлённый Адам поставил стул на место и невольно последовал за женой. А когда настиг её в гостиной, она бросилась к нему, как бы ища защиты, и Адам крепко обнял её. Из глаз женщины катились крупные слёзы, и она старалась запрятать лицо в плечо мужа. Он немного отступил, чтобы посмотреть ей в глаза. Слова казались бесполезными. Их взгляды встретились, и стало понято, что это были слёзы смущения и радости. А может, благодарности. И тогда оба прыснули от смеха. В этом детском смехе сквозило настоящее счастье любви и доверия друг к другу. * * * Из тумана постепенно выплыли строения на краю леса — низкая каменная ограда, за ней большой жилой дом, без претензии на виллу нуворишей, два больших сарая, крытых черепицей, посыпанная гравием дорожка, ведущая к крыльцу и к сараям. И всё это на фоне осенней хляби и грязи. В целом мрачновато, но ничего общего с картинкой дома с привидениями из голливудского ужастика с его традиционными кошмарами. Наверное, потому, что из трубы дома валил уютный дымок. По мере приближения машины очертания дома становились всё более чёткими, развенчивая фантазию авторов детективных романов. — Это здесь, — сказал Огонёк. — Слишком на отшибе, — отозвался Вальтер. — Что? Не подходит для схрона? — спросил Фефа. — Нет, Фефа, не очень, чужие сразу бросятся в глаза. Взгляд Фефы снова вопросительно скрестился со взглядом Вальтера в зеркале заднего вида. — Здесь нас сразу засекут, — заключил тот. И это было именно так, потому что вокруг дома, к которому они уже приблизились, просматривались только унылые поля и возвышались два рядка хилых тополей. Чуть дальше угадывалась обмелевшая речка, а за рядом тополей — овраги, снова поля и заросли кустарника, в общем — скупая природа. — У тебя правда ничего получше нет? — спросил Фефа приятеля. — Ну в данный момент ничего… Кроме их машины других машин на дороге не было видно за километр. Их приближение к зданию можно было бы заметить отовсюду. Фефа притормозил, осторожно сдал машину вправо, чтобы она пересекла шоссе. И когда она уже въезжала во двор дома, Огонёк резко распахнул дверь, выскочил из машины, которая продолжала двигаться, поскользнулся на замёрзшей земле, неловко упал, но быстро поднялся и рванул в сторону дома. — Чё это с ним? — почти закричал Фефа. — Ты чё творишь, Огонёк? — Тебе объяснить или нарисовать? — скороговоркой ответил Вальтер. — Пригнись-ка лучше… Когда они начали тормозить и до дома оставалось каких-то десять-пятнадцать метров, именно в этот момент со стороны здания раздались выстрелы. Три или четыре. Окошко возле Вальтера разлетелось на мелкие куски. Фефа вжался в кресло и пригнулся. Руль впился в бок, и боль напомнила ему детство, когда он задыхался от сильного бега. Окрестность снова погрузилась в тишину. Как будто природа заснула. — Это ещё что за лажа? — выдохнул Фефа. — Замолкни, молчи и не двигайся, — вполголоса отозвался Вальтер. Посреди пустынного двора неподвижная машина выглядела просто железной коробкой, а в нагретом воздухе над капотом как будто плясали сараи, отдалённые деревья и замурованные окна дома. |