Онлайн книга «Лирелии – цветы заката»
|
— Эрик как-то раз упоминал, что соскучился по старым земным советским комедиям, но у него все никак не доходят руки заказать перезапись фильмов и музыки на серебряные пластины. Тут близнецы недавно как раз выведали у Эрика его любимый фильм. Он сказал, что любит комедии Гайдая, – вспомнила я. — Вот, кажется, сообща мы и пришли к решению о подарке Эрику, – заключила Марьяна. К нам подошла магистр Иолари. — Значит, так, девушки, ваш выход уже через два номера, далеко не отходите, – предупредила она. – Дайте-ка я еще раз посмотрю на ваши кимоно. Отлично! Веера у всех на месте? На месте. Хорошо. Не забудьте, что выходим на сцену после третьего такта, когда заиграет скрипка, – напомнила она и поспешила к сцене. Громкая музыка и аплодисменты зрителей были слышны, наверное, далеко за пределами Академии. И в этот цветистый, разноголосый шум с роковой внезапностью вдруг тихо вплелся знакомый до ужаса и холодеющих пальцев низкий, утробный гул, как предвестие беды. Этот звук, ставший для меня за несколько месяцев настоящим кошмаром, начал постепенно нарастать, заглушая собой все остальные звуки. Увидев испуганные глаза Марьяны и Эмилии, я поняла, что они тоже это слышат. Все остальные продолжали вести себя как ни в чем не бывало, совершенно ничего не замечая. — Священный Союз, ну только этого нам сейчас не хватало! – со стоном вымолвила Эмилия, схватившись за виски. – Что опять случилось? Страх вмиг растекся по венам, вытеснив все остальные чувства. Я стояла, оцепенев, и заторможенно смотрела по сторонам, пытаясь определить источник гула. — Вроде бы звук идет со стороны моря, – предположила взволнованная Марьяна. – Вам так не кажется? — Какой еще звук? Вы о чем? – удивилась моя одногруппница, поочередно глядя на нас. – Боги всемилостивые, вы что, снова что-то слышите, да? — Именно, – тихо ответила я. – Кажется, что-то происходит на берегу. — Ой, мамочки-и-и-и! – испуганно воскликнула Алесса. – Девочки, что нам делать? — А что случилось? По какому поводу паника? – спросил кто-то из нашей компании, и в обычной ситуации, даже не видя говорящего, я бы по голосу угадала, кто это. Только вот сейчас раздражающий гул, настойчиво проникая в каждую клеточку мозга, лишал меня способности о чем-либо думать, кроме как о надвигающемся кошмаре. Именно сейчас я ощутила такой всепоглощающий страх, сжавший мое горло удушливыми лапами, что на несколько секунд словно выпала из реальности. Однокурсники и приятели начали заметно волноваться, нервно поглядывая на нас. «Что случилось? Что происходит? Девчонки, на вас лица нет!» – посыпалось на нас со всех сторон. Словно чувствуя опасность, к нам подошел ректор. — Отчего вы так необычайно взволнованы, леди? – вежливо осведомился он спокойным тоном, однако его взгляд, бегавший по нам троим, выдавал беспокойство магистра. — Мы снова слышим гул, – пояснила я, больше ничего не уточняя. Магистр Лийсарран, узнавший о нашей особенности не так давно, вдруг в ужасе широко распахнул глаза, потом быстро взял себя в руки и, оглянувшись по сторонам, приказал нам немедленно возвращаться в стены Академии, а сам пошел быстрым шагом к сцене. Не успел он подняться по боковым ступенькам, как пространство пронзил жуткий, леденящий звук тревожной сирены. Казалось, что все вмиг оцепенели, и даже артисты, выступавшие на сцене, прекратили спектакль, испуганно переглядываясь. Сирена оповещала город о сильном шторме, об оползне или опасном повышении уровня воды в горных реках. Сезон ливней прошел, с утра на море царил штиль, и было совершенно непонятно, что же могло сейчас стрястись. |