Онлайн книга «Никогда не знаешь…»
|
С неохотой я оторвался от ее губ. Я хочу запомнить этот вкус. Запомнить. — Подумай, отчего ты отказываешься, Лика, – проворковал я ей на ушко, надеясь, что этот поцелуй вскружил ей голову. — Мои чувства меня пугают, – шепотом произнесла она. — Почему? – удивился я. – Нас тянет друг к другу, мы оба свободны. К чему это сопротивление чувствам? — Потому, что отношения – это риск. — Мы все рискуем. В отношениях двоих не существует страховки. Так что не стоит меня бояться, Лика. Я так же открыт перед тобой, как и ты передо мной. Мы с тобой на равных. — И все равно боязно, – шепнула она, отведя глаза. — Ты когда-то обожглась, да? – решил я вызвать ее на откровение. Ведь должна же быть причина у такого упрямого страха перед отношениями. — Там скорее не я обожглась, а мой папа. А там и я попутно вместе с ним, – пояснила она. — Расскажешь? — Да что там рассказывать! – Она махнула рукой. – Мои родители встретились, когда папа еще был молодым лейтенантом, едва переступившим порог военного училища, а мама тогда поступила в пединститут. Она педагог, как и твоя. Только ведет начальные классы. Случилась у них любовь, вспыхнула страсть, и результатом этой страсти стала я. Они поженились, и вроде бы все шло хорошо, но… Мама, видимо, оказалась совсем не готова к семейному быту в такие юные годы. Семейная жизнь и материнство ее угнетали. Сейчас я понимаю, что такое действительно бывает. Не все женщины созданы для замужества и материнства. Есть и те, которым это в тягость. Но тогда я очень страдала от ее холодности и равнодушия. Раздражительная, замкнутая, хмурая – такой я запомнила ее в детстве. Откровение Лики вызвало во мне волну жалости к ней. Я сразу представил маленькую, растерянную девочку, что безуспешно пытается получить материнскую ласку. — А как на это реагировал твой отец? – поинтересовался я. Лика с грустью выдохнула и беспомощно развела руками. — Папа видел это, понимал, пытался что-то предпринять, помочь ей справиться с этим состоянием, думая, что это затянувшаяся депрессия. Но на самом деле ей было плохо от того, что она находилась в чуждой для нее атмосфере. Вот так семейная лодка и пошла ко дну. Родители развелись, когда мне исполнилось четыре года. Вместе они приняли решение, что я остаюсь жить с папой. И это было лучшее решение. Папа всегда относился ко мне с отеческим теплом, я это чувствовала и тянулась к нему. С мамой такого контакта не было. Меня поразило то спокойствие, с которым она говорила о таких достаточно болезненных вещах. И тут я даже задумался – она скрывает свои истинные эмоции или давно уже смирилась с тем, что так вышло? — Как ты перенесла мамин уход из вашей жизни? Она часто тебя навещала? – спросил я, гладя ее по спине. И она вновь пустилась в воспоминания. — Тот факт, что мамы в нашей жизни вдруг стало значительно меньше, сначала казался непривычным, но я как-то быстро с этим свыклась. Виделись мы с ней нечасто. Папа тогда по долгу службы находился в глухом провинциальном городишке. А маме хотелось бурной жизни большого города. И она уехала в Питер… – На несколько секунд повисла пауза, а потом Лика вновь заговорила. – Подозреваю, хотя нет, уверена, что с легкой душой. Она заново поступила там в пединститут, нашла какую-то подработку, и ее жизнь забила ключом. Наверное, этого ей больше всего и не хватало. |