Онлайн книга «Дом номер тридцать»
|
— Напугался, бедненький? – Старушка прислушалась, а после прошептала ворчливо: – Закрылись, свет выключили. Чего это они там делают? Ну и нравы нынче, срамота. Женщина побрела обратно. Игемон решил всё-таки последовать за ней. В комнате с едой пахло сырым мясом. Ему это понравилось. Сладковато-кислый аромат вызвал жгучее желание утолить кровавую жажду. — Ой, профурсетка! Кофем он её угостил, а она к нему в койку. Бабкин труп, считай, ещё не остыл… – ворчала себе под нос старушка. Игемон втягивал носом воздух и облизывался. — Сейчас, сейчас, – приговаривала женщина, роясь в железном шкафу. – Вот те на, молока-то нет. Ладно, у Зои возьму. – Она открыла соседний железный шкаф. Игемон потянулся всем телом, готовясь сбросить кошачью шкуру. Его демоническое естество требовало выхода. В комнате запахло палёным, замигал электрический свет под потолком. Воздух будто сгустился. Старушка обернулась. Коробка молока выпала у неё из рук, морщинистое лицо исказилось от ужаса, крик застрял в горле. Женщина лишь раскрывала рот, как рыба, выброшенная на берег, и пятилась. Молоко белой лужицей разлилось по дощатому полу. Игемон надвигался на жертву. Демон не вошёл в полную силу, но ждать не было мочи. Ноги старушки скользнули по влажному полу, она нелепо замахала руками, начала заваливаться назад. В попытке удержать равновесие схватилась за раскрытую дверцу. Та подалась в сторону, и женщина со всего маху приложилась затылком о металлический угол холодильника. Игемон наблюдал за этим действом с чувством некоторого огорчения. «Людишки нынче не те, – думал он. – Даже делать ничего не пришлось». Глава 13 У Настасьи звенело в ушах. Она слышала собственный крик и визг девочки. Инстинктивно девушка опрокинула столик. Зеркала посыпались на пол, разлетаясь осколками. Подсвечник перевернулся, пламя свечи ужасающе вспыхнуло. От адского всполоха занялся огнём балдахин кровати. Пламя быстро поползло вверх. В воздухе витала неестественная чёрная гарь. Портьеры взвивались до потолка, оконные рамы надрывно скрежетали. Настасья в ужасе бросилась к кровати, стащила покрывало и принялась тушить огонь. Сердце её колотилось так, что перед глазами плясали тёмные точки. Руки тряслись и не слушались. Пламя будто взбесилось. Огонь неистово полыхал, охватывая всё большие участки ткани. В комнату ворвался Андрей Андреевич, окинул ошалелым взглядом происходящее, увидел разбитые зеркала, дочь и пламя, охватившее балдахин. — Что я наделал?! – вырвалось у него. Он мешкал несколько секунд, а потом принялся помогать Настасье. Девушка запоздало удивилась восклицанию хозяина дома. Но размышлять было некогда, огонь не унимался. На крики прибежала Агашка, ойкнула, скрылась в дверном проёме, а после вернулась с тазом воды. Подоспели остальные слуги. В царящей суете все на время позабыли о Нине. Настасья, обжигая руки, боролась с пламенем. Последней подоспела Елизавета Ивановна, растрёпанная, в халате. Она спешно вывела дочь из комнаты. Общими усилиями огонь потушили. Большей частью пострадала лишь кровать да закоптился потолок. Настасья с ужасом думала о том, как будет объясняться. Она сама не понимала, что произошло. Случившееся пугало до жути. «Было ли это реальным или только пригрезилось в кошмаре?» – не в силах разобраться, думала девушка. |